под руку и неторопливо удалился из зала, взмахнув рукой на выходе. Музыка заиграла вновь. Опять закружились пары, но в этот раз не было ни одной танцующей женщины, которая не бросила бы на юношей взгляд, какая любопытный, какая заинтересованный, а какая — и сочувствующий. Темная фигура заслонила обзор. — Вас, — по черному лицу Симона нельзя было понять, недоволен он или нет, — нельзя даже ненадолго оставлять без присмотра. То ввяжетесь… в разные авантюры, то обращаете на себя внимание короля… Идем. 7 В небольшой проходной комнате, обитой травяно-зелеными обоями, сотник оставил курсантов, приказав ждать и не уходить. — Называется, сходили постоять, посмотреть… — Цайт плюхнулся на низкий диванчик. Остальные промолчали. Йохан вообще был неразговорчив, а в ушах Вольфа до сих пор звучали слова Первого маршала «Я запомню тебя. Я запомню вас всех». — Ксавье, что скажешь? — не унимался Цайт. Тот молча пожал плечами. — Можно подумать, тебе каждый день приходится общаться с королями. Ксавье посмотрел на Цайта: — Раньше, — спокойно сказал он, — приходилось. Цайт замолчал. Тут мимо пробежал слуга с бокалами. Цайт ухватил один из них — тот же золотистый зект — и собрался было выпить. — Не надо, — вдруг сказал Йохан. Цайт замер: — Что не надо? — Не пей. Когда ты выпил в прошлый раз, к нам подошел король. — Король уже подошел, — Цайт медленно выпил бокал до дна. Раскрылась дверь и в комнату вошла та маленькая женщина в красном платье, которая танцевала с маршалом. — Добрый вечер, молодые люди, — произнесла она. — Добрый вечер… — хором произнесли курсанты. — …ваше величество, — добавил Ксавье. «Королева??» Королева, в сопровождение нескольких дам, подошла к Вольфу. — Вы наверняка слышали мерзкие истории о моем муже и Первом маршале, — сказал она, — Я хотела бы, чтобы вы знали — это неправда. Первый маршал — настоящий мужчина и воин. Не слушайте сплетен. — Да, ваше величество, — Вольф изо всех сил старался смотреть в глаза королевы. Не ниже. Королева быстро провела ему по щеке, оглядела остальных курсантов, улыбнулась Цайту и вышла. Но ее синие глаза остались в памяти Вольфа… 8 Этой ночью, в праздник Пива и Мяса, четверым друзьям спалось очень плохо. Нет, им не мешали песни гуляющих горожан. Им мешали воспоминания о королевском бале. Им мешали сны. Ксавье во сне летел безлунной ночью над спящим городом, и его черные крылья хлопали на ветру. Цайту снилось, что он попал внутрь огромного механизма, полного шестеренок с острыми зубьями. Они вращались, угрожая разорвать его на