Рольф пододвинул нам выпивку. Длорин чокнулся кружками вместе с нами и тут же допил вторую половину.

— Отличное вино, должна признать, — с видом знатока произнесла Йоко.

Одарив её тёплым взглядом, дворф улыбнулся:

— А ты, смотрю, разбираешься, человечка! Похвально!

Японка скривилась. Ей не нравилось это слово — уже сколько раз она ругалась со Спар-ши из-за него. Ну кто ж виноват, что нет у нас в языке обозначения женщины как представительницы людской расы? Сами же говорим: эльфийки, орчихи, гоблинши и иже с ними. Так что терпите, дамы, когда вас называют человечками.

— Снаружи дом казался больше, — фыркнув, заявила волшебница. — А внутри только одна комната. Здесь и спальня, и прихожая, и кухня. Куда подевалось остальное? За той дверью? — она небрежно указала на маленькую дверку, располагавшуюся между дубовым комодом и кухонной антресолью, почти такой же, какая раньше висела в квартире бабушки, а теперь служит шкафом для инструментов у отца в гараже.

— А где ж ему ещё быть-то, едрить его в дышло! — усмехнулся Длорин. — Там моя мастерская, — любовно проговорил он.

— Покажете? — тут же попросила наша любопытная.

Дворф прищурился и пристально посмотрел ей в глаза. Йоко едва заметно дёрнулась, но взгляд выдержала.

— А сиськи-письки покажешь? — равнодушно выдал бородач.

— Пф-ф!!! Кхе! Кхе! — Джон подавился вином, и Лия тут же кинулась стучать его по спине. Не уверен, что через латы это возымело хоть какой-то эффект. Правда, вскоре паладин всё-таки прокашлялся.

Японка так и замерла с открытым ртом, а дворф спокойно поднял десятилитровку и наполнил кружку.

— Отличная выпивка, — кивнул он опешившему Рольфу.

— Б-б-бах!!! — приложив обеими ладонями по столешнице, Йоко вскочила на ноги.

— Что ты себе позволяешь, недомерок похотливый⁈ Не для тебя моя тыковка рос…

— Спокойно, малышка, — меланхолично промолвил дворф, выставив перед собой ладонь. — Будь добра без оскорблений, едрить тебя в дышло. Ты попросила меня о сокровенном — я попросил тебя о том же. Не готова? Так и я ничего показывать не буду.

— Больно надо! — буркнула она и, скрестив на груди руки, плюхнулась обратно на стул. — Извращенец бородатый.

— Эй, — нахмурился Длорин. — Я ж говорю — без оскорблений, едрить их в дышла! Думаешь, меня и вправду могла заинтересовать безволосая долговязая палка? — в глазах Йоко вспыхнула ярость. Заметив это, дворф добавил: — Не обижайся, человечка, для нас все вы такие…

— Эй, бородач! — возмутился Рольф, слегка толкнув дворфа локтем в бок. — Ты, между прочим, тоже не в её вкусе! Не обольщайся!

Обернувшись, Длорин окинул воина оценивающим взглядом и от души расхохотался.