Проход, упомянутый дворфом, был около трёх метров шириной. Как и в первом, в нём ютились мелкие добродушные насекомые да летучие мыши. Мы шли минут пять, прежде чем Длорин остановился.
— Глядите, впереди тупик, едрить его!
— Странный какой-то, — пробурчала волшебница. — По цвету отличается… Какой-то светлый… Зеленоватый…
— И вообще на желе похож, — хмыкнул Рольф.
Да уж… Определённо с этой стеной что-то не так… Может ли быть…
Внезапно стена открыла гигантские круглые глаза, а затем и пасть, в которой спокойно могла бы поместиться целая корова.
— Гр-р-р-р!!! — оглушительный рык могучей волной сбил нас с ног.
Глава 5
Упав на спину, я покатился кубарем и с размаху приложился затылком о каменный свод тоннеля. В глазах поплыло. Я выругался и рывком поднялся на ноги.
— Вот гад-то! Едрить его! — голос Длорина доносился словно через подушку. — Проклятья кидает! Ну я его сейчас!
Прилив тёплой энергии, медленно растекаясь по телу, прочищал сознание. Картинка перед глазами становилась всё чётче, будто на мониторе сменил разрешение видео с 240 ₽ до 16К.
— Спасибо, — бросил я Лие, снявшей дебаф, и тут же схватился за лук.
Беглого взгляда хватило, чтобы разобраться в происходящем. Йоко, Рольф и Джон, размётанные в разные стороны, всё ещё мычали и вяло трясли головами, пытаясь прийти в себя. Жрица, ожидая, пока восстановится «Снятие Проклятий», вскидывала руки, без устали насылая на дворфа потоки исцеления. А Длорин…
Схватив стрелу, я пустил её в громадного желеобразного слизняка с зубастой пастью. Тут же прицелился снова, на миг прикрыл глаза и, сконцентрировав в кончиках пальцев немного энергии, выпустил «Стрелу Мастера». Она со свистом устремилась в гигантскую полупрозрачную тушу монстра и, врезавшись в тело, исчезла недалеко от подбородка, оставив заметный след.
Из раны плеснула едко-зелёная жидкость. Каким-то чудом Длорин увернулся. К счастью! Пол тут же начал плавиться, и в воздухе разлились зловонные миазмы.
— Скотина, едрить его! — выкрикнул дворф. Он на секунду замер, потом закрутился волчком, высекая из чудища снопы ядовитых брызг.
— Чёрт! — выругался я и сжал зубы, пытаясь перебороть боль — одна из капель попала на щёку и теперь, противно шипя, разъедала кожу. В ноздри бил нестерпимый тошнотворный запах гнили.
— Держитесь, братцы! Р-р-ра!!! — боевой клич Рольфа будто звук гонга разнёсся по коридору. Оставив позади алый след, воин вдарил щитом в желеобразное брюхо чудовища и тут же размашисто рубанул мечом. Лезвие клинка по самую рукоять вгрызлось в плоть слизняка, но когда вновь оказалось на свободе, принесло с собой целый фонтан едко-зелёной дряни.