Сделав глоток, я подошел к окну и посмотрел на удивительно яркое звездное небо. Сколько мне еще осталось? Год, два, а может даже десять? Нынешние врачи, впрочем, как и всегда, расценивают старость, словно вяло текущую болезнь, принуждая радоваться каждому прожитому дню.

Дню сурка.

Ничего нового, сплошное однообразие. Утро, день, вечер.

Может быть, именно по этой причине странное утреннее происшествие меня слегка взбодрило. Наверное, это был лучший подарок за последние тридцать лет моей жизни.

Видеофон вспыхнул светом, нарушив привычный ночной мрак.

Приятный звук колокольчика возвестил о вызове.

— Кто там, Маруся? — уточнил я у системы Умный дом.

— Гость.

Я нахмурил лоб, вспоминая, с кем договаривался на столь позднюю встречу. Неужели кто-то еще решил меня поздравить?

Подойдя к монитору, я уставился на низкорослого лысого человека в широких, но не виртуальных, а самых обыкновенных очках, которые с развитием нанолинз давно вышли из привычного обихода.

— Вы кто? — поинтересовался я у незнакомого мне человека.

— Михаил Валерьевич, пустите меня, пожалуйста. У меня к вам один очень важный и очень срочный разговор.

— Кто вы такой? — упрямо повторил я вопрос.

— Я представляю компанию… вот черт, — лысый исчез из поля зрения камеры, видимо что-то уронил. Но через секунду он вновь появился на экране и нервно продолжил: — Вас сегодня привозили к нам, с вами говорили…понимаете они… вам надо знать…

Замок двери щелкнул, пропустив гостя внутрь.

Он стоял на пороге, немного растерянный и смущенный. Потерев очки о лацкан пиджака, мужчина водрузил их обратно на нос и протянул крохотную руку, второй удерживая подмышкой старый кожаный портфель.

— Разрешите представиться: меня зовут Оптимир Валерьянович, я старший…. Впрочем, сейчас это не очень важно. Ну пока, а дальше будет видно. А мне, кстати, очень приятно лицезреть вас воочию.

Я никак не отреагировал на столь яркое приветствие, и проявил явное недружелюбие, но гость расценил это по-своему. Он поставил портфель на пол и принялся объяснять, не забывая при этом активно жестикулировать:

— Оптимир, сокращенно от Оптимизатор. Мои родители, знаете ли, были инженерами и ненавидели общепризнанные правила и постулаты. А главное — ненавидели общественное мнение. Впрочем, это не столь важно. В общем, имя мое зарегистрировали без всяких проблем и даже записали без ошибок. Я, конечно, в начале жутко комплексовал и даже хотел его поменять. Но потом привык, а позже и вовсе стал ощущать некую уникальность…

— Кто вы, черт побери, такой⁈

Мой взгляд стал еще строже.