Еще одна проблема — Алекс сильно рассчитывал на Пустоту-как-Огонь и лечебные свойства огненной энергии. Однако выяснилось, что если запихнуть заряженный великий артефакт в как бы непроницаемое хранилище, то хранилище становится не таким уж непроницаемым.

Внутренняя сфера не могла удержать Силу. Причем вибрации не распространялись равномерно, что можно было бы вытерпеть, а как бы накапливались и прорывались наружу волнами. Хранилище напоминало кастрюлю с тяжелой крышкой, которая периодически подскакивает, выпуская пар.

А поскольку весь процесс происходил в центре энергетической системы «сбросы давления» разрушали матрицы. В том числе и Пустоту-как-Огонь. Поэтому с лечением возникли проблемы. Как и с разделением себя на куклу и наблюдателя, так как разгон сознания также отказал.

В общем, оставалось лишь сцепить зубы, ждать и надеется на лучшее…

Первые минуты Алекс катался по полу и стонал. Потом замер, но его пальцы продолжали сжиматься и разжиматься, взламывая узорчатую плитку.

И это «дружественная» Сила? Хорошо, что не рискнул спрятать Сердце льда. Точно бы мгновенно помер…

Через пару часов начало отпускать. Или это он адаптировался?

Снаружи донесся голос. Удивительно, но Мирам сохранила контроль над метками, подпитывая их собственной энергией…

— Алекс! Алекс! Ответь мне! — надрывалась помощница.

— Я… слышу тебя…

— Твои волосы поседели! А глаза покраснели!

— Черт с ними… Бывало и хуже…

Он с трудом сел и вызывал интерфейс:

[Сигнатуры . Уникальные. Изолированное хранилище (26%)]

— Сколько прошло времени?

— Почти четыре часа, — ответила Мирам.

— Хм… Значит я набираю один процент примерно за два часа. Не так уж плохо. Если все пойдет как надо, то эволюция закончится через пару суток.

— Пару суток ты не выдержишь!

— Ерунда, мне уже легче…

Однако он продолжал болтать с Мирам. Это отвлекало от внутренней боли. В конце концов, все что он сейчас должен делать — просто терпеть. Концентрация в данном случае даже мешала. Лучше отвлечься.

Правда, через день Алекс понял, что немного переоценил себя. Он чувствовал себя даже хуже, чем когда лежал прикованным к плите в лаборатории Зомата. Там мучения хотя бы прерывались коротким отдыхом.

Ну что сказать, черный хирург лучше относился пациенту, чем тот к самому себе. А все ради того, чтобы стать немного сильнее…

Словно издеваясь прогресс замедлился, хотя все равно навык развивался довольно быстро и к концу третьих суток добрался до сорока девяти процентов.

Но потом замер!

Прошло десять часов, однако ничего не изменилось.

— … и тогда он сказал… — Мирам что-то болтала, рассказывая про жизнь школы Тело Тоша, взаимоотношения между мастерами и конкуренцию среди учеников.