даже в Нью-Йорке. И с чего она взяла, что он пишет стихи? Он — стихи? Хм… Стихи? Журналист шагал по улице, глубоко задумавшись, не замечая того, что за ним бесшумно скользит тень. Вернее, Тень. Глава 15 Воскресное утро. Чашка кофе — будем надеяться, настоящего, а не слепленного умельцами на хитрой машинке из дорожной пыли, — мягкая булка — Руслану все было лень уточнить, не французская ли, — со сливочным маслом… Теплый халат, рядом за столом — жена и дочка. Красота! Что еще нужно для счастья? Ну вообще-то Интернет, но, за неимением оного, придется узнавать новости из доступных источников. Руслан развернул «Новое время». Четырнадцатое ноября. Брр… Они в Российской империи уже два с половиной месяца. Лазаревич вздохнул и развернул газету. Что тут у нас пишут? Реклама, реклама, реклама… «Карманные часы „Зенитъ“, „Освежающий слабительный плод против запора“, „Ресторанъ КонтанЪ“, „Лактобациллин“ — когда невозможно кормить ребенка грудью», «Покупаю старинные картины, фарфор»… Прямо обратно в двухтысячные вернулся. Так, что творится в мире… Блин, как будто Рамблер открыл. Ураган в Буэнос-Айресе… В Турции восставший шейх перерезал провода… И здесь мусульманам неймется… Королева Бельгии провела ночь спокойно… офигеть новость… А, «болезнь протекает спокойно»… Все равно крайне значимая новость для русских. Как дела в России? Великий князь Алексей Михайлович поехал на автомобиле на южный берег Крыма… они что, издеваются? «Император Николай сегодня за завтраком выпил две чашки чаю» — так, что ли? Каждый шаг более-менее крупной личности озвучивать? Готовятся юбилейные торжества к столетию со дня рождения Пирогова… Известный хирург… В Оренбурге убили трех городовых… ничего себе! В Калуге земское собрание выделило на постройку храма аж сто рублей. Не пожалели, прямо от сердца оторвали. Хотя… С другой стороны, почти полугодовая зарплата рабочего, месячная зарплата самого Руслана… Лазаревич лениво перелистнул страницу… Бросил взгляд на мутную фотографию… На заголовок… Резко вскочил. Хлопнул ладонями, прижимая газету к столу, и наклонился, читая. Не может быть! Этого. Не. Может. Быть. — Руслан, не пугай нас. — Юля медленно поставила чашку на блюдце. — Что случилось? — Случилось. — Что? — Аня, выйди. — Папа… — Выйди! Аня встала, промаршировала к двери в спальню и с грохотом ее захлопнула. — Руслан, в чем дело? Лазаревич крутанул газету, повернув ее к Юле. — Чуковского убили. Под скромным заголовком «Нападение на журналиста» шла новость ужасающая для того, кто знал, кем должен