Откуда вы знаете о названии одной из фракций нелегальной партии?» — Позвольте, — сказал он, — я не буду отвечать на ваш вопрос. — Тогда, — улыбка Брилинга не была такой уж дружелюбной, — позвольте и мне не отвечать на ваш. Они помолчали. — Вы просто представьте, — вдруг сказал Брилинг, — что вы живете в стране, которой управляет узкая прослойка людей. У них есть власть и деньги, они владеют всем, что есть в стране, и самое главное — они считают, что их интересы — главное, а остальные люди, живущие здесь же, те, чьими руками и созданы те богатства, которыми владеют власть имущие, для них — всего лишь источник дохода. Представили? — Представил. — Что можно сделать в такой ситуации? Руслан улыбнулся, вспомнив спор с одним приятелем: — Есть три выхода. Можно покончить с собой, уехать из страны или смириться. Брилинг неожиданно перегнулся через стол и очень внимательно посмотрел Руслану в глаза: — Есть и четвертый. Глава 10 Середина декабря. Темнеет очень рано, ведь уже скоро двадцать второе число — самый короткий день в году… Хотя постойте. Сейчас 1910 год, юлианский календарь, и самый короткий день уже прошел, это было девятое. А двадцать пятого будет Рождество. Прямо как в американских фильмах, которые еще не сняли… В любом случае на улицах было бы темно, если бы не фонари. Яркие электрические, они загорались с наступлением темноты. А ведь Руслан видел на окраинных улицах живого фонарщика. Вернее, ламповщика. Оказывается, это были две разные профессии: фонарщики зажигали вечерами фонари, ловко приставляя лестницы к коротким поперечинам, торчащим из фонарного столба специально для этого, а ламповщики фонари гасили. Подъезжали с тележкой, вынимали из фонаря керосиновую лампу, гасили ее и ставили в тележку, чтобы почистить и заправить. Ветер утих, только с неба сыпали редкие снежинки. Они падали на быстро шагающего по улице Руслана и слетали, сбрасываемые встречным потоком воздуха. Лазаревич шел домой. Просто домой, причин торопиться у него не было — Юля недавно звонила от соседа на фабрику Фрезе и сказала, что дома все в порядке, — однако шел он быстро. Руслан всегда невольно убыстрял шаг, когда крепко задумывался над чем-нибудь. Сейчас в голове у него мысленно повторялся разговор с доктором Брилингом. Три выхода из ситуации, когда тебе не нравится та страна, в которой живешь, предложенные Русланом — самоубийство, эмиграция и смирение, — выходами, собственно, и не являлись. Всего лишь отказом его искать. Выходом всегда является только одно. Действие. «Понятно,