Нью-Йорке. — Вы меня заинтриговали. Поедемте. Подождете, пока прибудет мой экипаж? — Я подожду на улице. — Как будет угодно. Андронов посмотрел на закрывшуюся дверь. Американец, американец… — Лешка! В дверь заглянул приказчик. — Войди. Дверь закрой. Ты знаешь журналиста Ковалева? — Кажется, тот, что из Питера. Вроде бы в карты с Ратниковым играет. — Узнай. И про этого мебельщика американского — тоже. Приказчик наклонил голову и бесшумно исчез. Леонид Андреевич встал, надел на голову котелок, взял трость. Побарабанил пальцами по столу, выдвинул ящик и опустил в карман «браунинг». Посмотрим, что это за американец такой. Руслан вышел на улицу. Прищурясь, взглянул на солнце. Достал мобильник — разряжается, кстати, — взглянул на время. Четыре утра. Давно спать пора. Но это по-старому. По-нынешнему… Пожалуй, часа два дня. Примерно. — Эй, пацан! — окликнул он бегущего мимо мальчишку с кипой газет. — Продаешь? — Три копейки. — Держи. Как раз трояк есть. Та-ак… «Лужский листок». Дата… — Эй, стой! — Чего, дяденька? — Газета сегодняшняя? — Нет, позавчерашняя! — Пацан припустил со всех ног, видимо опасаясь, что злобный дядька в ковбойской шляпе сейчас выхватит кольт и пристрелит его за лежалый товар. Позавчерашняя, значит… Значит, если на газете стоит дата 30 августа 1910 года, то сегодня… Первое сентября 1910 года. Вот во времени и определились. Уже легче. Хоть чуть-чуть, но легче. — Подождете, Леонид Андреевич? — Руслан выпрыгнул из повозки, остановившейся у дома журналиста. — Да нет уж, пройдусь. На ваше авто взгляну. Все интереснее… Руслан вошел в калитку, окинул взглядом двор… Ага, вон они, в беседке, что-то делают… Он присмотрелся. И почувствовал, как волосы медленно, с легким шорохом начинают седеть. Аня и Юля, а между ними Владимир Андреевич весело смеялись, глядя на экран открытого ноутбука. Глава 5 «Погорели… Как Наполеон в Москве…» С трудом, с огромным трудом взяв себя в руки, Руслан зашагал к веранде под деревьями. Оставалась только одна надежда отговориться. Среди знакомых Руслана было много людей со странными на взгляд обычного человека увлечениями. Корпус был заменен на стальной и обтянут темно-коричневой кожей, углы и отверстия укреплены латунными накладками, клавиши заменены на круглые латунные, с выгравированными символами. Короче говоря, с первого взгляда — да и со второго тоже — непривычному человеку было бы сложно угадать, что это — не странная вещица из девятнадцатого века. Если, конечно, девчонки его не включили… Разумеется, включили. — Надо же,