и предлагал завтра подойти к проходной и поговорить с племянником лично, у того в городе были какие-то знакомые, которые его, собственно, и сманили на автомобильную фабрику, Руслан пытался отвечать им обоим… — Господа, господа, — жалобно вскричал Виктор Андреевич, — может, все-таки в винт? Раннее утро… Девчонки наверняка спят без задних нот. Руслан, тихо урча мотором УАЗа, подкатил к гостинице. Мысленно поблагодарил всех святых за то, что до сих пор не создали ГАИ: коньяком от него пахло так, что оштрафовали бы даже без трубки. На стук открыл заспанный парень со складкой от подушки на лице. — Господин Лазаревич? — приподнял он керосиновую лампу и пропустил Руслана. Пройдя по коридорам, Лазаревич осторожно постучал в дверь номера. Ключа у него не было, да и девчонок беспокоить не хочется. Руслан поддернул рукав своего «американского» пиджака и взглянул на часы. Чтобы не светить мобильник, он надел наручные часы, которые до этого лежали в бардачке УАЗа. Браслет ослаб и расстегивался. Был и еще один недостаток: в свое время к скромным кварцевым часам в корпусе из желтого металла Руслан прикупил браслет из такого же желтого металла. Как бы его не приняли за миллионера, с такими-то часами. Слава богу, их под рукавом не видно. Дверь тихо приоткрылась, выглянула Юля. Сонная, в длинной белой ночнушке, с распущенными черными волосами. — Ты вылитая девочка из «Звонка», — усмехнулся Руслан и потянул, развязывая, галстук. — А ты — вылитый алкаш. Сколько проиграл? — Обижаете, барыня. Выиграл. В предложенный винт Руслан играть не умел, поэтому он назвал преферанс, в надежде, что игра здесь незнакома и будет удачный повод увильнуть. К сожалению, преф здесь уже прекрасно знали, и пришлось играть. Вот только все остальные играли хуже Руслана — видимо, эта игра не входила в круг их предпочтений. — Пять рублей девятнадцать копеек. — О, так мы теперь будем зарабатывать на жизнь карточной игрой? — Ага, сейчас. Сегодня повезло, а в следующий раз я наткнусь на мастера или на шулера. Черта с два я еще возьму карты в руки. Больше всех проиграл Громов. Ему бы везло больше, если бы он не психовал и не возмущался. А самый большой выигрыш — восемнадцать рублей с мелочью — достался спокойному Ратникову. — Как вы тут без меня время проводили? — сонно спросил Руслан, залезая под одеяло. — Песни пели, — буркнула Юля. — Так, стоп. Какие песни? Руслан, печально разглядывающий в зеркало свою утреннюю, сильнейшим образом небритую физиономию — при том, что бородой это все равно нельзя было назвать,