такими знаниями менять историю — все равно что ремонтировать часы ножом и рашпилем. — А вторая? Какая вторая причина? Юля решила попытаться отыграться. — Вторая? — Руслан печально усмехнулся. — История — очень хрупкая вещь. Очень хрупкая. И, взявшись что-то менять в ней, можно наломать таких дров… — Почему ты так думаешь? — Я не думаю, Юля. Я знаю. Руслан опять встал. — Мы здесь уже неделю, еще ничего не пытались изменить, вообще не сказали никому о том, что мы из будущего. И что? Из-за нас один человек погиб, второй — в тюрьме. — Но они сами виноваты. Мы же их не заставляли. — И Ратников виноват? Жил человек, если бы не наше появление — жил бы и дальше, может быть, даже организовал бы свой конкурс по бодибилдингу. Но тут появились мы. И все. Нет человека. И что характерно — мы ничего не делали. Даже не хотели ничего менять. Только своим появлением мы сломали судьбы трех человек. Мы не прогрессоры, Юля, мы — деструкторы. Руслан схватил пузырек коричневого стекла и вытряхнул себе в рот остатки валерьянки. Было острое желание выпить водки, но на водку Руслан для самого себя наложил запрет. — И это только те изменения, которые УЖЕ проявились. А сколько будет отдаленных последствий, которых даже просчитать невозможно. Кто-то из тех, кого мы даже не знаем, сломает себе жизнь и вместо того чтобы стать, к примеру, отличным семьянином, всю жизнь проведет в бесплодных попытках конструирования автомобилей. Другой станет каким-нибудь маньяком-убийцей и будет убивать проституток на манер Джека Потрошителя, третий, тот самый артиллерист, к примеру, стал бы знаменитым конструктором танков или пушек, а вместо этого вспомнит в окопе о нашем УАЗе и погибнет от пули снайпера, и в результате мы проиграем Великую Отечественную, четвертого, ювелира, зарежут из-за Анютиных стразов… Хватит? — Насчет проигрыша в войне ты соврал. Мы бы помнили фамилию знаменитого танкового конструктора. — Ты многих помнишь? — Кошкин и Грабин. Что, съел? А кто-то, может, наоборот, станет из-за нас известным художником, вместо того чтобы спиться или отравиться на войне газами… — Юля, поменяв что-то СЛУЧАЙНО, можно добиться только ухудшения. Мечтать о том, что кто-то, кого мы толкнули в магазине, из-за нас совершит великое открытие, — все равно что надеяться, будто рассыпанные на улице буквы из набора сложатся в гениальное произведение. Все люди, которых мы встретили в Луге — Андронов, исправник, приказчик Леха, Николай Фомич, его сын Сашка, кузнецы Равиль и Егор, артиллерист, ювелир, доктор Быков,