— Почему вы решили, что я великий воин? — решил спросить Ланс под новый поток смешков со стороны.

— Шаги ваши тише шелеста травы, легки как дуновение ветра. За спиной вы несёте сумку с кучей гремящего снаряжения. Десятки килограмм неудобно закреплены за спиной, но ваши мышцы даже не напряглись. Я слышу глупые смешки вокруг, но вижу среди снаряжения очень много интересного. Копьё из пустынного древа обладает превосходным древком, но наконечник из какой-то стали. Лезвие классического топора Ландосийских солдат, изготовленное из особо зачарованного сплава, оно никогда не тупится, но древко из обычного, кажется, дуба. Инкрустированный кристаллами лук позволяет создать большее натяжение и наделить оружие гибкостью, но сами эти кристаллы являются также отличными катализаторами магической силы магов людей. Вы не будете драться всем этим барахлом, вы лишь возьмёте лучшее и создадите нечто новое. Вы артефактолог, с крайне развитой магической силой, почему-то отправленный на передовую в качестве мага поддержки. Я воевал с людьми в прошлом мире, я знаю о чём говорю. Вы не так просты, как кажетесь, потому что простые люди не оставляют таких глубоких следов. Вы меньше меня в объёме, но весите столько же, а может и больше. И в ваших глазах я вижу смерть, которую вы наблюдали в том числе сами и далеко не один раз, зачастую и вовсе становясь её вестником. Вы сокрушите своими заклинаниями множество врагов, а я в свою очередь остановлю своей секирой любого, кто прорвётся слишком далеко.

Орков зачастую считали тупоголовым видом смертных, в основном из-за зеленокожих собратьев другой расы. Однако чёрные орки, жители горячих песков, не только смогли выжить под смертельными лучами солнца. Они строили великие города, являлись умелыми инженерами, а их культура порой оказывалась богаче многих эльфийских племён. И пусть они уступали в физической силе зеленокожим, однако их интеллект был на порядок выше.

И каждое сказанное Гнаргом слово заставляло заткнуться всё больше случайных зрителей из числа людей и зверолюдов. Всему сказанному они находили наглядные подтверждения. К сожаленью, только после этого монолога они смогли увидеть множество ускользнувший от взгляда деталей. Сами того не желая, они признавали правоту чёрного орка, но всё равно не исчезло презрение в их глазах. Пусть Дурзол и являлся теперь кателием, но раньше он был рабом.

— Хорошо, в вашей силе я не сомневаюсь. Какого там размера был алантийский змей?

— Двадцать пять метров.

— Двадцать пять метров чистой ярости, сокрушённой вашей силой. Сомневаюсь, что кто-то другой из Смиренной Тысячи способен на такое. Почту за честь сражаться рядом с вами.