— Ада, ты всё запомнила? — спросил Ланс, достигнув прохода, где вместо двери путь преграждал удивительно плотный туман, в котором без остановки играло пламя.

— Да, — утвердительно кивнула Огненная Бестия.

На самом деле ученица вела себя крайне сдержанно для своего первого посещения может и не самой преисподней, но её очень чёткого отражения. Внешне так и не скажешь, но это место крайне опасно и не из-за всякой лавы и прочих тварей. В процессе демонических пиров тени Кихариса меняются согласно безумную течению разума грешников. Ментальная проекция полностью состоит лишь из пороков и если Ахикрис влияет на Кихарис, то и Кихарис может влиять на Ахикрис, что буквально выливается в постоянную волевую борьбу с навязчивыми желаниями и слабостями, которые есть в каждом и лишь ждут своего тёмного часа, чтобы разгореться гнилостным пламенем. А если уж порок и так лежит на видном месте, то моральное разложение происходит за считанные мгновения. Сойти с ума здесь проще простого.

Но Ада не такая уж и слабая, как и хватает в ойкумене даже детей, способных противостоять преисподней. Во многом из-за того, что дети ещё не успели впитать в себя всю окружающую мерзость и зачастую их помыслы столь же чистые как сияние Ароса. Может наивные, но чистые помыслы. Так что в каком-то смысле с возрастом всем паресисам становится лишь сложнее противостоять пороку, ведь самое лучшее что может случится за века жизни — это добавление в свой характер циничных черт. Чаще же архимаги буквально теряют человечность и разрушают барьеры морали, ведь все остальные живущие меньше тысячи лет существа для них — биологический материал для экспериментов, может быть домашняя зверюшка, не более. Отличная почва как минимум для зарождения гордыни. И даже если их не подчинит преисподняя… то хватает и других способов пасть довольно низко, превратившись в самого настоящего монстра.

— Жди здесь и возьми это.

Внезапно Лансемалион Бальмуар снял сначала свой лазурный перстень, который далеко не всё время находился у Ады. Всё же носить такой мощный артефакт на постоянной основе довольно сложно, так что его ученица всегда возвращала и после брала снова для тренировок после отдыха. Однако затем вдруг прямо с ног аристократа каменной волной слетели и поножи Литаса…

— И это… тоже отдаю тебе, — спустя некоторые размышления, поборов неуверенность, наставник снял и перстень с мутной поверхностью. — Особо к ним не привыкай, более того даже не пытайся ими пользоваться. В том числе и лазурным перстнем, к которому ты привыкла. Иначе он тебя унесёт и этим тут же воспользуются. Поножи Литаса ты вообще не носила, но не думай, что они безобидны. Если они сочтут тебя недостаточно прочными, то тебя ждёт мучительная пытка, ведь они тут же начнут ломать все твои конечности, а ты даже снять их не сможешь. Твоя задача просто их сохранить и ничего более. Носи, но ни в коем случае не используй!