Из нематериального шторма энергии медленно вырисовывался силуэт и становился он всё чётче. Сразу же все твари вокруг почувствовали чужое присутствие: это несомненно разлом, а значит возможность. Слабые твари попытаются сбежать в мир смертных, где займут более высокую ступень в пищевой цепочке, твари посильнее тоже не побрезгуют воспользоваться дармовым источником силы.

И вот уже один из бесов стрелой рванул в открывшуюся щель, как вдруг его за хвост схватила рука появившегося… человека? Как он только не умер при перемещении и почему его сердце ещё взорвалось от одного нахождения здесь? Неужели опять какой-то обезумевший паладин решил устроить свой священный поход в саму преисподнюю, где даже самых ярых ревнителей Ароса ждёт лишь гнилостное разложение и позорное падение?

Закончить свои размышления довольно умный бес не успел, ведь в следующее мгновение янтарноглазый маг резко рванул его за хвост и с размаху размозжил небольшое тельце прямо о стенающую в огне преисподней землю или чем бы не была эта твердь под ногами. С мерзким хрустом разлеталась черепушка и деформировалась грудная клетка, после чего кровавый перстень тут же начал пожирать ментальные остатки греха.

Вообще, эти территория находились под контролем Рождённого в Грехе, однако как уже говорилось: с иерархией власти в преисподней всё очень туго, как и с дисциплиной. Так что всякий местный сброд тут же попытался прикончить технически своего союзника на данный момент. Они просто не могли осознать всей важности Сердца Вулкана, а также последующих благ, большую часть которых возьмёт сам хранитель врат преисподней в Эдеме, однако некоторые крохи будут распределены и между слугами, что позволит им погрязнуть в грехе ещё сильнее.

Разлом уже начал стягиваться, Ланс пытался собрать сознание воедино, а какая-то гадина тут же вгрызлась в шею, пробив клыками сонную артерию. Но вместо крови из неё ударило пламя. Змееподобный демон заверещал, ведь ярость перстня проникла прямо внутрь его уродливого тела и пламя не тухло даже после разрыва дистанции. Прямо в лоб решило атаковать ещё и какое-то гигантское и рогатое порождение преисподней, очень злое: гнев из него бил настолько мощными потоками, что некоторые бесы вокруг просто взрывались без физического контакта. Одно мгновение и молния буквально взорвала грудную клетку и этой большой, но не очень сильной твари.

Однако главная угроза всё это время скрывалась от глаз смертного, которому не следует здесь находится. Воспользовавшись ранением Рождённого в Грехе, оно пробивалось всё дальше в душу, обнажая слабости не такого уж и сильного аристократа, который не поборол всего, а лишь убрал проблему в дальний ящик, подальше от своего и чужих взоров.