— Скажи, что меня нет. Уехала на важные переговоры.

— Боюсь, он знает, что ты здесь.

Вот же вездесущий засранец.

— Он что, опять секретаршу уволил? — вздохнув, спросила у девушки, отчётливо понимая, что сбежать опять не удастся.

— Да. Шестую за две недели.

— Козёл, — не выдержала я.

Ведь, главное, и придраться было не к чему. Вызывал Саид меня только по делу, вопросы задавал по работе, руки не распускал и намеки не делал. Он просто тупо был ВСЁ время рядом. Я бы это пережила, если бы не одно большое жирное НО — я уже две недели не подпитывалась! А тут такой деликатес перед носом ходил, флюиды свои разбрасывал направо и налево, глазками сверкал и улыбки расточал.

Неделю назад я пробовала встретиться с Маком и пополнить резерв обычным способом. Но сущность весьма недвусмысленно намекнула, что любой мужчина, который попробует посягнуть на наше тело (с каких это пор оно стало нашим — не понятно), получит весьма «тёплый» приём. Я тогда психанула и заявила, что она может сидеть на голодном пайке. Но питаться артефактами я не собиралась из принципа (я искренне надеялась, что голодовка настроит её на более прагматичный лад). На что получила не менее категоричный ответ — иди к Оборотню.

Как вообще возможно оставаться спокойной, если не могу разобраться с собственной сущностью? Вот и я не знала ответа на этот вопрос.

— Бесс, может ты всё-таки…

— Нет! Я в его временные секретари не пойду. Ладно, оттягивать нечего. Надо идти, — схватив блокнот с ручкой, поправила юбку и направилась к кабинету Саида.

К тому моменту, как лифт остановился на нужном этаже, я уже относительно успокоилась и взяла себя в руки.

— Разрешите? — постучав, произнесла я и открыла дверь.

— Да, конечно. Присаживайтесь, — ответил мужчина, даже не удостоив меня взглядом. Так был занят просмотром бумаг, которые лежали перед ним на столе.

— Мне передали, что вы хотели что-то обговорить.

— Совершенно верно, — произнёс Саид и неожиданно встал, обходя стол по кругу. — Есть у меня к вам разговор, мисс Разина.

— Слушаю.

Его невозмутимость и равнодушие раздражали. И долго Оборотень будет притворяться, что всё как всегда и мы просто начальник и подчинённая?

Мужчина встал за спиной, а я чуть не задохнулась от сладкого аромата его туалетной воды, которая тут же обволокла меня, как коконом, мешая сосредоточиться на работе.

— Итак, Елизавета Разина, — вкрадчиво, с мурчащими нотками произнёс Оборотень, склоняясь надо мной. Или этих ноток не было вовсе, и я сама придумала, сходя с ума от вожделения. — Я тут просмотрел документы, и у меня возникла парочка вопросов.