— Не понимаю.

Она протянула руку, касаясь моих волос, и улыбка стала печальной, а в голубых глазах поселилась грусть.

— Ты стала такой взрослой и такой красивой… Прости меня, дочка.

— За что?

От этой нехитрой ласки защемило в груди от тоски, которую не смогли заглушить годы разлуки. Как же сильно мне её не хватало.

— За то, что оставила вас.

— В этом нет твоей вины.

— Ты всегда была похожа на меня больше остальных. Дело не только во внешности. Ты всегда была импульсивной, яркой и независимой. Вспыхивала как спичка от любой мелочи. И всегда знала, чего хочешь, и шла к цели любыми способами. Даже в детстве. Тане было проще отдать тебе что-то, чем спорить.

Да, моя отвратительная черта характера.

— Зачем ты мне это говоришь? — спросила у неё.

— Затем, что когда-то надо отступать. Не играй с огнём, бусинка. Это слишком опасно. Иногда надо отступить и сдаться, — с каждым словом она становилась всё прозрачнее.

— Мама! — я вытянула руку, пытаясь поймать остатки её тепла.

Я не могла потерять её снова. Думать о том, что её больше нет, я не могла.

— Мы встретимся, Лиза… обязательно встретимся… — прошептала мама, окончательно растворяясь в воздухе.

Я вновь осталась одна.

Не могу сказать, сколько длилось это состояние. Может минуту, а может, целую жизнь. Время здесь текло странно и совершенно непонятно.

Я была водой. Тягучей, прозрачной, как слеза, и такой же пластичной. Я плыла. Плескалась и ни о чём не думала.

Кажется, иногда я выныривала из забвения. Всего на пару секунд, которые казались вечностью… и вновь падала в омут небытия.

Так продолжалось более десятка раз, я уже перестала считать, полностью отдавшись во власть собственным ощущениям, когда внезапно всё прекратилось.

Открыв глаза, я была готова увидеть кого угодно. Вплоть до смерти в чёрном плаще с косой. Но кого я точно не ожидала, так это её.

— Ты? — хрипло прошептала и закрыла глаза, всё ещё отказываясь верить.

Просто дежавю какое-то. Сначала мама, теперь сестра.

— Лиза, — услышала я взволнованный голос и ощутила мягкую прохладу её ладони, когда Таня коснулась рукой моего лба. — Лизочка, ты меня слышишь?

— К-как?..

Снова открывать глаза было трудно. Больше всего мне хотелось отключиться и забыться сном. Тело было невероятно тяжелым и неповоротливым, а мне так хотелось вернуть себе ощущение легкости и воздушности.

— Что ты хочешь знать, милая? Как ты оказалась здесь? Или что здесь делаю я?

И то и другое. Вообще, где я и почему до сих пор жива? А также меня волновала сущность, которой я всё ещё не ощущала. Неужели перегорела?

Скорее всего, в обычной жизни со мной случилась бы истерика, но сейчас я была спокойна и даже отрешена. Наверное, это можно было объяснить препаратами, которые мне вводили. Но это тоже казалось неважным.