— Да. Артефакт подложил знакомый тебе мистер Эванс.

А я еще думала, что после произошедшего удивить меня будет трудно. Ошиблась. Я ожидала услышать что угодно, но только не это имя.

— Нет… нет, нет, нет. Этого не может быть, — прошептала я и замотала головой. — Джонатан не мог сделать такое.

— Вчера он дал признательные показания. Мне жаль, Лизи.

Я всё еще отказывалась в это верить и была готова цепляться за любую соломинку.

— Показания можно добиться разными путями, — сглотнув, ответила ему. — А какова правда?

— Это был он, Лизи. Я сам лично участвовал в сборе доказательств.

Я могла подозревать в подтасовке фактов кого угодно, но только не Сергея. Значит, ошибки не было, и это действительно сделал Джонатан. Я почувствовала себя так, словно меня предали. Может, так оно и было. Пусть недолго, но мы встречались. А он хотел меня убить.

— Почему?

— Ты его бросила. Он обиделся, и на этом сыграли.

— Кто?

— Хороший вопрос. Эванс ничего толком не помнит. Так что добиться от него чего-либо сложно.

— Магия?

— Нет, — горько усмехнулся Сергей. — Магию мы бы отследили и сняли воздействие. Гипноз, очень глубокий гипноз. Я пробовал пробиться, но не смог. Ему просто выжжет мозг, если я попытаюсь надавить слишком сильно.

— Вознесенский, — процедила я сквозь зубы, едва не задыхаясь от волны ненависти, которая поднялась из самого сердца.

Я помнила заснеженную Москву, испуганного Дениса и бледную Таню. И суд тоже помню.

— Доказательств его причастности нет.

— Но это он. Вознесенский никогда не оставит нашу семью в покое. Мы как бельмо на его глазу. Дети отступника Разина. Три года выжидал, чтобы нанести новый удар.

— Успокойся, тебе нельзя нервничать. Может быть, и так, но ответного шага от него до сих пор не последовало. Ни выступлений, ни митингов, ни скандалов с разоблачениями. Он молчит. И эта тишина мне совершенно не нравится.

— И что дальше? Так и будем дрожать от страха, ожидая нового удара? Может, стоит нанести упреждающий удар?

— Лизи, не забывай, что в первую очередь я Страж. И ты знаешь, что мне грозит за подобные действия. Без достаточных доказательств я не могу и шагу ступить.

— А если следующий удар будет по мальчикам?

Зелёные глаза вспыхнули опасным пламенем.

— Вознесенский не дурак. Он знает, что опасно трогать детей Стража, — мужчина произнёс эту фразу и сразу же успокоился. Словно где-то включилась кнопочка вселенского покоя. — Но сейчас не об этом. Как только Целители разрешат, ты отправишься с Саидом в безопасное место.

Значит, всё-таки договорились между собой. И опять скрывают, сообщая мне лишь крохи информации.