Но всё когда-нибудь заканчивается. Как бы ни хотелось мне продлить это мгновение, как бы я ни хотела возвращаться в реальность, но другое было сейчас мне недоступно. Нужно действовать.

— Саид, — я приподнялась на локте, прижимая одной рукой простынь к груди, а другой коснулась его лба, убирая в сторону мокрые от пота пряди.

— М-м-м, — он даже заурчал от удовольствия, но глаз не открыл.

— Прости меня.

— За вредность?

— И за это тоже, — улыбнулась я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Я люблю тебя…

Открыть глаза мужчина просто не успел, я подалась вперёд, сладко целуя его в губы и открывая завесу, которая всё это время скрывала от него правду.

— Что? — ахнул он, когда моя сила ударила по блоку, пробивая его и проникая внутрь.

— Тш-ш-ш-ш, — прошептала я, касаясь подушечками пальцев его рта. — Ты слышишь меня. Ты слушаешь только меня.

Флёр послушен моей воле и его так много…

Согласно нормам Закона, его нельзя использовать в таком количестве. Нарушитель мог лишиться магии на всю жизнь. Я всегда чётко соблюдала правила и никогда не использовала его до конца. Даже с Димой всё было не так. Тогда я тоже не раскрывала потенциал.

Сейчас всё было иначе. И это было страшно. Но не время предаваться сомнениям и страхам. Надо было взять себя в руки, собраться с мыслями и удержать силу, не переступив черту.

Ведь флёр влияет не только на других, он искажает восприятие Мага, который его использует.

Магия билась в моих руках, требуя выхода, капельки пота выступили на лбу, застилая обзор, а я всё продолжала смотреть в родные тёмно-карие глаза Оборотня.

— Ты слышишь меня?

— Да…

— Ты слушаешь меня?

— Да…

— Сделаешь всё, что я скажу? — на последнем слоге голос всё-таки дрогнул, но это не помешало контролировать Оборотня.

Я видела, как Саид из последних сил пытался бороться с воздействием, как искажалось от боли и муки его лицо, но он не мог противостоять мне. Расслабленный мужчина открылся после подзарядки, а я этим самым наглым образом воспользовалась.

Простит ли он меня когда-нибудь? Не знаю. Главное, он будет жить.

— Д-да…

— Ты устал, тебе надо отдохнуть после ранения. Поэтому меня на комиссию сегодня сопровождать не будешь.

Скрипнули в тишине зубы. В карих глазах промелькнул огонёк понимания.

— Лиз… — прорычал он, задыхаясь от напряжения.

Я могла только восхищаться его выдержкой и силой. Другой давно бы сдался, покорился сладкому дурману флёра, но не Саид.

Пришлось усилить воздействие.

— Ты должен меня слушать, — с нажимом произнесла я. От флёра во рту было сладко и приторно, даже замутило. — И подчиняться.