— Спасибо.

Я опять отправилась в сторону лифта. И опять на том же самом месте до меня дошло, что я так спешила предстать перед Саидом, что попёрлась к нему с папкой и блокнотом, которые фанатично прижимала к груди.

— Да что же это такое, — пробормотала сквозь зубы и опять развернулась.

«Ты нервничаешь», — сладко промурлыкала довольная сущность. Она предвкушала скорую подзарядку.

«Обломаешься», — мысленно рявкнула в ответ.

«Это мы еще посмотрим. От вас ещё три года назад искры летели, а теперь огонь полыхать будет».

Проигнорировав её высказывания, я вернулась к своему столу, аккуратно положила папку, но блокнот всё-таки решила взять с собой.

Внутри ещё теплилась надежда, что вызвал он меня сугубо по работе.

«Ну-ну».

Руки слегка дрожали, когда я доставала из сумочки зеркало и помаду. Надо было поправить макияж и немного прийти в себя.

— Ну, не съест же он меня.

«Что ты имеешь в виду под словом съест?», — опять встряла пакостница, совершенно не боясь гнева со стороны хозяйки. Ни капли уважения.

Поднявшись на пятидесятый этаж, вошла в бывшую приёмную Крафта и остановилась у секретарского стола.

Странно. Никого не было.

— Есть кто? — вполголоса произнесла и огляделась.

Может, она в кабинете?

«Открывай!» — рявкнула сущность, мгновенно ощетинившись.

А я не могла. На меня словно ступор напал, я не слышала, не чувствовала и не видела. Весь мир сосредоточился на этой двери, отшвыривая меня на три года назад. Ведь это уже было. Он, я, она и закрытая дверь. Я помнила и едва могла дышать. Только зарубцевавшаяся рана на сердце вновь начала кровоточить, сводя с ума.

Со мной еще никогда такого не было. Вся уверенность рассыпалась в прах.

— Не могу, — прошептала я, отшатываясь.

«Открывай!» — создание Тьмы билось и бесновалось внутри меня, требуя расправы.

И в этот момент дверь открылась.

— Лиза, ты чего тут стоишь? — недоуменно спросил Саид и раскрыл дверь еще шире. — Заходи.

— Спасибо, — сглотнув, произнесла я.

Да что это такое! Я — Бесс, а не малолетняя девчонка, какой была три года назад. Гордо вскинула голову и прошла мимо него.

В кабинете никого не оказалось, и отголосков страсти я тоже не заметила.

— Присаживайся, — мужчина сел на своё место и улыбнулся. — Ты не против, если мы будем разговаривать по-русски? А то переводчик мешает и искажает твой голос.

— Мой голос такой же.

— Для человека — да, но не для Оборотня.

Отказываться я не стала. Расположилась как можно удобнее, закинула ногу на ногу и ответила вежливой улыбкой.

— Как вам будет удобно, — родная речь воскресила давно забытые воспоминания. — Чем могу вам помочь?