«Ты моя», — словно набатов звучали его слова, вызывая смущение. Конечно, драконы ужасные собственники, но не настолько, чтобы связать свою жизнь с человечкой!

— А в академии был кто-то, кто тебе понравился? — спросила тетушка внезапно и улыбнулась. — Вижу, что нравился. Однокурсник? Или старше?

Старше. Многим старше. С потрясающими черными глазами, в которых то и дело бушевали вихри. С сильными руками, которые столько раз спасали меня от падения. С ехидной улыбкой, которой так и хотелось любоваться на благородном лице.

Я молчала, а улыбка медленно сходила с лица тетушки. Она охнула и приложила руку к груди.

— Аликсия, ты ведь еще девственница⁈ Скажи, что да!

Озорно улыбнувшись, я отвернулась к окну и смотрела за проплывающими мимо зданиями. Тетушка откинулась на спинку кресла и продолжала глотать воздух, возмущенная известиями. Я же наслаждалась её реакцией, даже не думая её ни в чем переубеждать.

Вскоре мы проехали за ограду дворца. Стража даже не остановила нас, узнав гербы на карете. Мы остановились у служебного входа. Я сошла со ступенек и огляделась: дворец Таршвиля был всего трехэтажным, но зато массивным, с широкими витражными окнами.

— Идем, моя дорогая, еще столько всего надо сделать, — поторопила меня тетушка, которая уже стоически справилась с эмоциями и сейчас по-прежнему лучилась радостью и оптимизмом.

Жаль, что эти чувства так легко не передаются! Мне бы сейчас не помешал они. А всё дело в экзекуции!

Ох, как я уже отвыкла от всего этого. Покои, выделенные мне в гостевом крыле рядом с отцовскими, были уютными и дорогими: все по последней моде, в зеленых тонах, сразу видно — для высокородных гостей. А еще мои покои включали просто огромную ванную комнату, которая и стала моей пыточной на ближайшие часы.

Ванна. Большая ванна, в которой меня мариновали не меньше двух часов, да еще не просто в теплой, а в откровенно горячей воде. Я пыталась выбраться, но две служанки по предводительством моей тетушки укладывали меня обратно и продолжали растирать кожу.

— Жаль, а я так надеялась, что это не загар, а всего лишь грязь, — покачала головой тетушка, поняв, что бронзовый цвет никак не сходит.

— Тетушка, высокого же вы обо мне мнения! — воскликнула я, немало удивившись.

Даливия ничего не ответила и словно фокусник достала из-за спины какой-то флакончик, раскрыв который, поморщилась.

— Ну-с, приступим!

— Может, не надо?

— Надо, Аликс, надо, — хмыкнула тетушка и со всей душевной щедроты выплеснула половину флакона в ванную.

А добрые служанки, надавив мне на макушку, погрузили мне в воду с головой. Только и успела прищурится и прикрыть нос. Кожу равномерно защипало. Я подскочила из воды словно ошпаренная.