— А как же чемоданчик?

— А что чемоданчик? Демон, возможно, спёр его в гидропонике у ботаников. Он часто туда наведывался ещё при мне.

— Хочешь сказать… — глаза Вики округлились. — Дема реально спятил? Или просто выдумывает?

— Не похож он на лжеца. Если только это не психологическая травма с самоубеждением. А если и спятил, то… очень давно. Тогда сейчас у него… эм… период острой фазы, — нашёлся адмирал.

Вики замолчала, переваривая услышанное. Выйдя из квартиры, она долго смотрела на стеклянное здание гидропоники. Зиновий встал рядом и обронил:

— Знаешь, он ведь мальчишкой жил здесь.

— И что?

— И вполне мог забегать в гидропонику, мечтая о своей новой работе в будущем. А его там сердобольные ботаники прикармливали свежими овощами-фруктами. Мыть их было некогда. Ребёнок всё жрал на лету, не донеся до дома. А если учесть, сколько химии вбухали в почву гидропоники, чтобы там всё росло с бешенной скоростью, я не удивлюсь, если он начал видеть то, чего нет. Вот тебе и воображаемый отец, о котором мечтают все дети. Он спроецировал его на эту квартиру. Тут вполне мог жить какой-то человек. — Зиновий присмотрелся к замку.

Замок был испорчен и давно не работал.

— Очень давно здесь жил какой-то человек. А когда он умер, сюда в открытую пустующую квартиру стал прибегать Дементий. Я легко представлю, как мальчик разговаривал с вымышленным отцом и таскал немытые овощи-фрукты и сворованные чемоданчики с дронами. Его мозг придумал правдоподобную историю, в которую носитель стал верить, чтобы не быть одному.

Вики молчала, не зная, что сказать. Возразила было:

— Химические вещества просто отправили бы его в больницу с отравлением желудка.

— Это если в больших дозах сразу. А если в малых и постепенно, то организм учится жить с этим. При приёме ядов в малом количестве вырабатывается иммунитет. Вот только токсины в отличие от ядов откладываются в какой-либо части тела. В печени… или мозге. К тому же никто не знает, сколько раз Демон был в восстановительном центре. — Зиновий присмотрелся к комнате, но ничего подозрительного не обнаружил. — Поехали, подробнее сможет сказать только Ольха.

Лишь спрыгнув с планера у площади Карлова и дойдя до восстановительного центра, Зиновий услышал от подруги слегка расстроенное:

— Я не чувствую себя гением.

— А как они вообще должны себя чувствовать?

— Нет, я к тому, что вы с Ольхой отлично освоили медицину. Одних подготовительных курсов вам хватило, чтобы штопать людей как заправские хирурги, которые учились годами.

— По большей части всё делали хирурги-роботы, — напомнил Зиновий. — Без техники мы слабы, глупы и… всё ещё нуждаемся в туалетной бумаге.