— Лен, просыпайся. Всё получилось. — сказал Зиновий, отключив подачу «летаргического сна» незадолго до своего вопроса.

Провёл подруге рукой по щеке. Она потянулась, просыпаясь. Сладко зевнула, обнажая ряд новеньких и обновленных зубов.

— У тебя такие нежные пальцы.

— Ммм… думаю, парни не любят, когда им такое говорят, — улыбнулся доктор. — Мы же все суровые, брутальные.

— Не знаю, что говорят. У меня никогда не было парня. Что плохого в том, чтобы быть нежными с любимыми и беспощадными с врагами?

— Просто поверь мне, — улыбнулся хирург. — Мы же…как броня. Пуленепробиваемые снаружи, и мягкие, удобные внутри. Должны быть, по крайней мере.

Ленка улыбнулась. Насмотрелась она на эту брутальность выше крыши: мужики ревели на ее глазах не хуже женщин, когда медик штопал рвану рану. А когда из нее пули с осколками вытаскивали, терпела. Не пикнула. Впрочем, в последние дни она тоже расслабилась. Постоянная боль подъедала силы. Хотелось скулить как побитой собаке и подставить лицо под теплую, нежную ладонь.

Живой глаз подруги распахнулся. Искусственный активировался и с едва различимым звуком принялся вращать датчиками. Скорость работы постоянно увеличивалась. Сенсорная панель сбоку от адмирала отобразила участившийся пульс пациентки. Девушка занервничала. Запаниковал сам мозг, который принялся получать информацию, к которой не привык.

— Тише, Лен. Теперь ты можешь видеть мир в пяти спектрах. Тебе доступно «ночное зрение», ты можешь видеть тепло, можешь сканировать объекты с помощью рентгена, можешь даже смотреть на солнце, не щурясь. А орлиному взгляду твоего дальновизора позавидует любая птица. Вблизи же можешь рассмотреть предметы как под микроскопом. К этому надо привыкнуть. Есть даже монохромное зрение, если наскучит яркий свет. Можешь посчитать все градации серого. Полезная штука в сумерках. Общий же цветовой спектр остался тем же самым. Ты по-прежнему можешь различить миллионы оттенков и сказать, чем пурпурный отличается от алого. В этом отношении техника не смогла превзойти глаз человека. Видят датчики те же миллионы оттенков, но не больше.

— В Искателя меня превращаешь? — справляясь с нахлынувшей паникой, спросила девушка.

Она посмотрела на свою руку обычным глазом и принялась рассматривать ее имплантатом. Глаз принялся настраивать фокус.

— Нет. Ты человек. Правда, теперь немного киборг. Но управляешь ты всем сама.

— Лазером, надеюсь, не пальну? Бродил у нас как-то Искатель возле анклава. Стрельнет лазером, уничтожит вышку, потом лежит несколько часов, отдыхает. Мы просекли, что ему заряда не хватает, и после второго залпа разобрали на запчасти. Трофейный глаз у Седых в кабинете висит. Посмотришь.