Время ушло… Только я и он.
Лицо в его шерсти, вцепился зубами в звериную шкуру. Судя по солоноватому привкусу на губах — успешно. Кровь на губах. Горячее тошнотворное пойло.
В голове стучит. По вискам бьют молоты. Давление. Не чувствую ни рук, ни ног. Всё в дымке, в тумане. Только отвратительный запах палёного вокруг и огромное желание убить врага.
— Тим! — едва доносится сквозь звон в ушах. — Пусти его!
Пустить? Отпустить врага? Чтобы он напал на нас?
— Пусти же его! Он давно мёртв!
Не сразу дошёл смысл Кириных слов. Челюсти всё же разжал. Во рту кровь и шерсть. Сплюнул. Гадость какая!
Ноги разжал довольно быстро. С руками оказалось сложнее. Пальцы сцепились мёртвой хваткой. Но я же не умер! Почему не удаётся разжать?
— Тим! Брось уже волка и помоги мне! Эля без сознания.
Чёртовы пальцы, наконец, отпустили волчью шею. Туша осталась на земле, откатившись. Мы ещё в драке оба завалились на бок.
Приходя в себя, приподнялся. Голова кружится. Туман перед глазами не спешит отступать. Проморгался, но картина не рассеялась. Подо мной по-прежнему туша огромного волка… Мёртвого! Он в длину как я. Но если я встану на четвереньки, то он окажется вдвое длиннее.
Горный волк! Как же я сумел задушить его? Это же был я? Правда, я?
Об этом настойчиво напоминает боль в руках и привкус крови на губах.
Я как заторможенный повернулся к Валькирии. Охотница посмотрела в глаза. Увидела внутреннее.
— Ты молодец, капитан…
Молчу. На губах волоски шерсти. Меньше всего хочется быть сейчас старшим в группе.
— Не… сегодня.
Кира сама уложила Элю поудобнее. Под голову подложила плащ, сверху накрыла одеялом. К сухим губам приложила воды. Меня больше о помощи не просила.
Я тоже что-то вроде без сознания. Только глаза открыты. И меж зубов клочья шерсти, словно жевал клубок для вязания. Только губы растянуты в улыбке.
Улыбке победителя. И капельки крови в уголках делают похожим на вампира.
Глаза интересно, светятся?
Глава 25 Горные приключения
От лица Киры.
Тим почти в отключке. Я тоже сначала решила, что это галлюцинация от нехватки кислорода. Да вроде не сильно высоко забрались, чтобы в обморок падать. Но факт оставался фактом — перед едва тлеющим костром выросли трое толстячков с густыми бородами и большими носами.
— Эта ещё что такое… — Тим недоговорил, потянувшись к посоху.
Но топор широкоплечего толстячка у горла волкоборца оказался красноречивее любых фраз. Поневоле онемеет и самый говорливый оратор.
Суровый гном недовольно нахмурился, пресекая взглядом попытку Акробата подхватить шест и вонзить в незащищённую доспехами шею. В проём между панцирем и шлемом.