Ещё не скоро начну адекватно воспринимать окружающий мир и, наконец, услышу её:
— … слова у камней давно сказаны, воин. Не хватало лишь духа сорванного цветка. Отныне предначертанным — стать другими! В ночи те, в чьих сердцах есть пламя, пробудятся, откроются обратные сути!
Что она вообще имела в виду? Воистину все женщины — загадки. Не каждую удаётся разгадать.
Включайся же в работу, отрицающий всё и вся мозг! Ну, пожалуйста!
Лидо улыбнулась, глаза блеснули (теперь уже не от слёз) — и дева вновь подарила поцелуй.
— Ага, — только и сказал я, со всем соглашаясь заранее…
Безумство продолжалось до вечера. До той поры, пока Лидо не отпрянула от меня, и я ощутил, что что-то меняется.
Что-то внутри меня!
Глава 28 Обратная сторона
От лица Эльфийки.
Всё началось на закате. В ушах вдруг зазвенело, дико заболела голова, и я отпросилась у Хапана от ночных бдений. Колдун и так был взбудоражен принесёнными духом вестями. Нам обоим было не до ночных тренировок, просто махнул рукой. Отправляйся, мол, Эля хоть на край света.
— Всё равно нас скоро на крюки всех подвесят, — сказал он. — Поговаривают, среди орды есть такая забава. Каково, а?
Так старик и направился из Северного леса домой, а я осталась на нашей тренировочной полянке одна у костра. Даже постоянно снующий за мной Лот ушёл вместе с Хапаном.
Волк приходит и уходит, когда ему вздумается. То ли Грэймар Гери зовёт, то ли просто не любит постоянно со мной находиться. Когда нужен, его всегда нет. А когда не обращаешь внимания, так вертится под ногами, словно действительно пёс, а не волк.
Вслед за звоном в ушах ощутила дикое давление на глазные яблоки. Словно кто-то решил выковырять их изнутри. Затем власть над телом как захватил посторонний! Меня подняло с пенька и шмякнуло о землю. Все мышцы вдруг сковало холодом, они напряглись как под действием сильного тока.
Напряглись и… расслабились. Тело вдруг снова перестало повиноваться. Ни рукой шевельнуть, ни моргнуть. Полная парализованность.
Ужас!
От этого ощущения даже пот выступил на лбу, и как назло зверски захотелось почесать нос. О, что за муки? Почешите кто-нибудь нос! Это сущая маленькая смерть.
Лежала я неудобно, и голова наклонилась набок. Взгляд упал на посох у пенька. По́том покрылось все тело.
ЧТО ПРОИСХОДИТ⁈ ПОСОХ ТЕМНЕЛ!
В свете костра мой светленький кусочек деревца с навершием из камня чернел, как будто в ведро чернил уронила. Меньше чем через минуту чернота поглотила и светлый камень. Посох перестал быть видимым в ночи. Потуши костёр и света скудеющей Длани сегодня не хватит, чтобы разглядеть его.