— Хорошо, мы как раз сегодня должны были приступить к испытаниям, — заговорил Дмитрий. — У меня уже готовы два устройства для входа, я могу все показать. Моя система работает.

— Покажешь, — кивнул человек. — Здесь свою бандуру соберёшь и покажешь. А мы уже решим, стоит она тех денег, что ты у меня взял, или нет.

— Н-но, — посмел возразить учёный, — тут я не смогу собрать всю систему. Обе ванны подключены к квантовому компьютеру, моделирующему реальность. Я просто не сумею создать ещё одну нейросеть по памяти.

— Сумеешь, — произнёс незнакомец, и Ремизов заткнулся. — Говори, какие железки тебе привезти и начнёшь работу. И, заметь, денег за это я с тебя не возьму.

Человек говорил с ним таким тоном, что возражать не возникло никакого желания. Ремизов знал, что если не сумеет, то уже отсюда не выйдет. Но и воспроизвести по памяти даже программный код он едва ли был способен. Вот только, сказать об этом прямо — означало подписать себе приговор.

— Мне понадобится диметилсилоксан. Или же полигидрат полиметилсилоксана. И установка, чтобы гель для депривационной ванны…

— Ты охерел? — перебил его собеседник. — Думаешь, я хоть слово понял? Внятно говори, что тебе надо? Ноутбук там, ещё там чего? Ты ж программист! Без вот этих вот псилоцибов своих. Задолбали, наркоманы сраные!

— Это нужно для установки, — робко возразил Дмитрий.

— Ладно, — махнул человек рукой, — список напишешь, я дам своим людям, они разберутся. И только попробуй тут обдолбаться чем. Знаю я вас, гениев, — последнее слово он произнес с таким презрением, будто сплюнул.

* * *

В себя я пришёл всё в той же заброшенной деревне. Почему-то думалось мне, будто после смерти выкинет в реальность. Ну, может, конечно, я и не умер, кто знает?

Я осторожно поднялся. Кости, кажется, целы, но ушибы ощущались вполне явственно. Как в реальности. В ушах звенело, боль в пояснице отдавала в ногу, а плечо ломило так, что едва руку мог поднять. Хотя, наверное, в реальности от такого удара я бы всё-таки сдох.

Здоровье 72%

Ага, значит, всё-таки восстанавливаюсь потихоньку. Я сделал несколько шагов к хижине, где должен был находиться Макс. Того урода, что на нас напал, видно не было. Правда, что ли, взорвался он? И его недолошадь тоже куда-то делась. Меня это, конечно, обрадовало, и даже боль в колене будто бы отступила.

Рыжего я нашёл в той же хижине. Он лежал в куче тряпья и глухо постанывал.

— Ай, бля, рука! — взвизгнул он, когда я попытался его поднять. Пришлось отпустить, и Макс тут же начал заваливаться. Перехватил его, кое-как усадил, прислонив к шкафу.