После выхода из виртуальности профессор вновь взял у нас кровь и заставил пройти проверку на МРТ. Когда я лёг в аппарат, под веками вновь возникла надпись:

Здоровье 85%

— Альберт Германович, а чего у меня здоровье падает? — спросил я, вылезая из МРТ.

— Как падает? — вздëрнул профессор косматые брови.

— Ну, там, в игре, здоровье в процентах отображалось. И я всё еще его вижу.

— Ну… — Альберт Германович задумчиво почесал голову, — наверное, это пройдёт. Завтра придëте, мы ещё сверим показатели. Но, думаю, — он взглянул на дисплей, на котором разными цветами переливался силуэт мозга, — с вами всё в порядке. Вы оба можете идти, — и он снова уткнулся в приборы, будто бы мы уже покинули лабораторию.

— А как же донат? — спросил Макс.

— Что, простите? — профессор поднял растерянный взгляд.

— Ну, деньги. Бот… Ремизов, то есть, сказал, что за опыты деньги заплатят. Мы зря, что ли, в эту дрянь ныряли? — возмутился мой друг, и тут я с ним был согласен. После перехода в реал, я едва не забыл, зачем мы сюда явились.

— Ах, деньги, — растерянно выдохнул Альберт Германович. — Тут, видите ли, какая сложность. Гранты на такие исследования не дают, проект ведь коммерческий. Но Дмитрий нашёл спонсоров, и как только испытания будут завершены, они обещали выделить средства на создание целой сети машин, чтобы можно было открывать виртуальные центры или даже домой устанавливать депривационные ванны, подключëнные к системе…

— То есть, денег не будет? — не дал я договорить профессору.

— Будут! — воскликнул тот. — Обязательно будут! Вы же как первооткрыватели получите не только деньги, но и мировую известность! Изобретение Дмитрия Ремизова изменит мир! — говорил он воодушевлëнно, с пафосом, но на меня такие речи не действуют. Профессор, может, и верил себе, но мне деньги нужны были здесь и сейчас, а не когда-нибудь в далёком будущем.

— Альберт Германович, — произнёс я с напором, — у меня сестра больна. Мне деньги на лекарства нужны, — профессор отступил назад и, кажется, мой суровый тон подействовал. — Мне эту лапшу про мировую известность нехер на уши вешать. Усраились мне ваши эксперименты.

— Э… я… — начал он мямлить, — как только Дмитрий вернётся, я ему скажу. Обязательно всё скажу. Просто сегодня так вышло… но… завтра приходите. Дмитрий придёт и мы всё решим, — он побледнел и, кажется, даже вспотел со страху. Не думал, что обладаю такой силой внушения. Впору в коллекторы податься.

Если б в моей жизни было всё гладко, я бы, может, и поучаствовал в экспериментах ради, так сказать, науки. Но у меня не то положение. Это Макс может играть в подопытную крыску, ему делать нефиг.