Мысленно вновь отвесила себе оплеуху и тут же натянула одеяло до подбородка. Артиан проследил за моими действиями и взглянул вверх: там, через витражное мозаичное остекление проникали разноцветные лучики солнца.

— Тебе не будет жарко под одеялом и палящими лучами солнца?

— Не переживайте, я стойко справлюсь с этим.

— Этой ночью ты не так просто переносила жар, — произнес Артиан с участием, однако неожиданно для себя я ощутила в этих словах двойной смысл и смутилась.

Вновь посмотрела наверх, где свет так причудливо ложился на мозаику: русалка с длинными рыжими волосами сидела на камне и глядела на закат, изображенный самыми разными цветами — от ярко-алого до фиолетового.

— Солнце восходит рано, — проговорила задумчиво, — должно быть, вы рано встаете.

— Архитектор, создавший эти покои, был уверен, что ректору академии не нужен сон, — отшутился Артиан. — Сейчас действительно еще очень рано. Как ты себя чувствуешь?

Он протянул руку, чтобы прикоснуться ко лбу, но я ловко увернулась, поправив прическу. Интересно, как я сейчас выгляжу? Коса наверняка растрепалась, а сама я похожа на чучело. Как же стыдно! Вот тебе и первая ночь в постели ректора!

С трудом удержалась от улыбки, представив, что со мной сделают фавор-клуб ректора, если узнают, где я провела сегодняшнюю ночь, а главное — с кем.

— Жар спал, — сказала, приподнимаясь. — Поэтому, думаю, мне следует вернуться в покои.

— Возвращайся, — не стал спорить ректор. — Но, Олиента, ты знаешь, что произошло с тобой ночью?

— Ты… вы что-то сделали? — я обхватила себя руками, испуганно посмотрев на ректор. Дарреги прищурился, а потом расхохотался. Я насупленно сверлила его взглядом.

— За кого ты меня принимаешь, птица-небылица? — с обидой в голосе откликнулся Артиан. — Если бы я захотел что-то сделать, то сделал бы это, когда ты пришла в сознание. И, поверь, ты бы не устояла. — Я открыла рот, собираясь возразить, но он добавил: — Хотя этого никогда не будет. Таких как ты не соблазняют, таких ведут под венец. А я тебя вести под венец не собираюсь.

Жгучий румянец тронул щеки. Почему его слова задели меня? Подумаешь, не собирается жениться на мне! Я ведь тоже не стремлюсь к нашему браку. Почти. Однако все равно немного обидно.

— Значит, вы имеете ввиду мою лихорадку?

— Да. Обычно подобное переживают дети, но проходит все в менее агрессивной форме. Подобная лихорадка характерна лишь для очень большого резерва.

Я пыталась осознать слова Артиана.

— Та часть магии, которую вы передали мне, настолько велика?

— В том-то и дело, что нет.

Как же так? Почему тогда мой организм так реагирует? Артиан смотрел на меня испытующе, будто ждал от меня объяснений. Но я совершенно не знала, чем ему ответить.