С исказившимся лицом Генка вскакивает с дивана.

— Сядь. Это все — правда?

Я знаю, что правда. «Распознавание лжи» вчера было включено, но очень важно, чтобы он сам осознавал пропасть, где оказался и от которой так наивно убегал в своем надуманном мире «мне сейчас повезет, я отыграюсь, и все будет хорошо».

Гена кивает.

— Не слышу!

— Да, правда.

— А то, что мечтаешь семью на море вывезти — правда?

— Да… — Он обреченно машет рукой. — Какое, блин, море в моем положении! Только если… — его лицо озаряет надежда. — Ты же обещал занять, помнишь? Я теперь точно знаю, как мне сыграть, точно! Буду по-умному. Осторожно, потихоньку! Отыграюсь!

— Ни черта ты не отыграешься, Хороводов! Просто оцени здраво, а?

Подумав, он сначала качает головой, а потом отвечает:

— В принципе, реально такие бабки отыграть. Просто нужно совсем по-крупному играть, а у меня…

— А у тебя, дружище, болезнь. Я тебе, допустим… Допустим! — останавливаю я встрепенувшегося друга. — Дам сейчас два «лимона», и что? Пойдешь долги возвращать? К гадалке не ходи, ты решишь на маленькую часть от этого поиграть. Если поднимешься, решишь, что тебе «прет», и будешь играть дальше, пока не уйдешь в минус. Так?

— Да не…

— Так?

— Ну, может, и так.

— А если продуешь, будешь отыгрываться до последнего. Сначала осторожно, потом с каждым новым проигрышем начнешь повышать ставки, задуришь, потому что я тебя знаю — ты пока все в ноль не просрешь, не остановишься! А знаешь почему?

— Да брось, Фил, что ты городишь…

— Знаешь почему, я спрашиваю?

Мне приходится повысить голос, подключая все свои навыки убеждения, и мой индикатор показателя духа с каждым вдалбливаемым в Генку словом снижается.

— Ну и почему же? — шепчет он.

— Потому что тебя, дурачка, как собачку Павлова выдрессировали. Не кто-то конкретный, а сама игра. Тебе нравится играть, тебе нравится риск, связанные с ним адреналиновые всплески в ожидании вскрытия карт и дофаминово-серотониновые взрывы счастья и радости на подъеме. Тебе нравится само предвкушение, и даже проигрыши тебе нравятся, лишь бы это были не последние деньги, потому что от отыгрыша ты получаешь даже больше удовольствия. Ты — наркоман, Ген. Долбаный игровой наркоман! Понимаешь?

— Сам ты наркоман! Лечить меня вздумал? — Он краснеет и начинает орать: — Я в любой момент могу остановиться, ничего ты не понимаешь! Просто мне не везло! А вообще, пошел ты, чертов психоаналитик!

Он нервно бьет себя по карманам, находит сигареты и тащится к выходу. Иду за ним. Он обувается.

— Слышь, Ген…

— Что? — раздраженно откликается он, завязывая шнурки.