- Я даже обнять её не могу, Кристофер. Ты видел, как она смотрит на меня? Будто клинок достать готова, - истеричный шёпот Шарлин раздражал.
- Её этому учили одиннадцать лет. Я учил.
- Ну, конечно! – можно было без труда представить выражение лица женщины, стоящей где-то в районе моих ног. Её иронией можно было травить не хуже яда. – Ты же у нас молодец! Обеих дочек себе под крылья сгрёб. И Мари, и Руту…
Точно! Мари же тоже его дочь. Старшая, судя по всему. Ходок белокрылый.
- Шарлин, то, что было до тебя – было ДО тебя. Ясно? – а вот голос Зумана был совсем рядом. Кажется, он даже сидел там, где я сейчас лежала, надеюсь, не со свернутой шеей. – И сейчас не время обсуждать всё это. Поговорим, когда Рута придёт в себя.
- Нам не о чем разговаривать, - фыркнула женщина. – Я сброшу тебя со скалы и успокоюсь.
- Ради твоего удовольствия готов даже не расправлять крылья во время спасения, - с ноткой игривости проговорил Зуман.
Эй! Ничего, что я здесь немножечко умираю?
- Заткнись, идиот, - ответила ему Шарлин со звенящей в голосе улыбкой, и я мысленно её поблагодарила.
Нужно очнуться, пока рядом с моим бренным телом не начался сеанс любви.
- Про Анхеля ничего не слышно? – спросил Зуман чуть тише.
- Он у Миллера, - ответила Шарлин со сталью в обманчиво спокойном голосе. – Браг сказал, что когда они с командой гнались за людьми Миллера, Анхель был совсем плох. Скорее всего, Миллер каким-то образом смог заручиться поддержкой ведьм. А если это так, то из-за их магии ему осталось не так уж много.
- Сколько дней? – отрывисто поинтересовался Зуман, обновляя влажную тряпку на моем лбу.
- Часов, Кристофер. Ты не хуже меня знаешь, на что способна черная магия ведьм.
Часов? Что?!
Кто-то прикончит эту харизматичную занозу в моей заднице раньше, чем я? Ещё чего?! Он просто обязан получить от меня хорошего пинка за то, что знал и молчал.
Нужно только прийти в себя и что-то начать делать. Судя по движению моих несостоявшихся родителей, они действовать не собирались. Видимо, на войне не без урона…
- Нужно спрятать Руту, - проговорила Шарлин. – Миллер, наверняка, её уже ищет. И нас тоже. Если мы сейчас не сможем её сохранить, то, выходит, все восемнадцать лет до этого мы молчали впустую и напрасно врали собственной дочери.
- Не волнуйся. Мы её спрячем, - уверенно произнес Зуман. – Рано утром вылетам. Место я приготовил уже очень давно.
- Хорошо.
Хорошо? Ничего хорошего!
- Анхель… - потрескавшиеся губы неприятно защипало. С трудом разлепила глаза и сфокусировала взгляд на размывающемся лице Зумана. – Мы не можем его бросить.