Это ли не самый сильный стимул держать язык за зубами?
Именно поэтому дух бунтарства во мне только растет с каждым годом. Я была уверена, что и у других нефилимов такая же всеобъемлющая ненависть к ангелам, но, как оказалось, всем им мозги промыли более тщательно, чем мне. Именно поэтому они с неподдельным благоговением преломили колено, присягнув на верность ангелам.
И все прекрасно понимают, что лишь я осталась той, кто так и не научился слепо верить в святость тех, кто превращает нас в свой живой щит.
Возможно, именно поэтому мной с особой тщательностью занялся мистер Зуман – самый суровый и бескомпромиссный преподаватель Академии.
Глава 7
Когда с утренней тренировкой покончено и больше никто не пытается свернуть мне шею в воспитательных целях, приходит время занятий внутри самой Академии.
Здесь на поверхности земли мы перестаем быть стражами, и становимся обычными учениками, с виду, самого обычного университета, коих полно в любом относительно крупном городе.
Именно здесь в стенах Академии те границы, что четко очерчены между нами и ангелами стираются, оставаясь лишь условностью. Классы, коридоры, столовая, жилой корпус – всё общее. Место тренировок, оттачивания мастерства и навыков выживать осталось глубоко под землей и недоступно человеческому глазу. А люди в Академии – не редкость. Даже ангелам ничто человеческое не чуждо, так как многие из них любят побаловаться доставкой еды или все дружно любят похвастаться могуществом учебного заведения, водя сюда многочисленные экскурсии из подростков, которые, конечно же, никогда не смогут здесь учиться. У них нет ни крыльев, чтобы быть здесь элитой, ни хоть сколько-нибудь ангельской крови, чтобы прислуживать элите, прикрывая их мягкий зад и пушистые крылышки. Поэтому каждый, кто отправляет документы на поступление, получает письмо с неминуемым отказом, мол, увы и ах, вы нам не подходите; все места заняты; надеемся, вам повезет в другом месте.
С одной стороны, ангелы придумали отличное прикрытие, чтобы жить под носом у человечества, но при этом оставаться невидимыми, но с другой, - иногда становится обидно за тех учеников, которым приходит отказ. Вероятно, они всю юность грезили о том, чтобы учиться в этой Академии, но не подозревали о том, что это априори невозможно.
- Поберегись! – завопил за спиной девичий голос и мою шею сковало тонкими ручками.
Рефлекс, выработанный годами, сработал безотказно. Всего мгновение и хрупкое тельце девушки было перекинуто мною через плечо и прижато ботинком к каменному полу.
- Рута! – прокряхтела девушка, плохо скрывая веселье.