«Надгробье Атефех», — мысленно ответил я на привычный запрос.

Тьма вокруг завертелась, и через мгновенье я оказался в небольшой комнатушке возле письменного стола, стоящего под окном с закрытыми ставнями. Стул валялся рядом со столом. Здесь же, у моих ног, опираясь на руки и изумлённо хлопая глазами, находился Берг.

— Привет, — улыбнулся я. — Извини, что напугал.

Адепт Старика мотнул головой, ловко вскочил на ноги и вернул стул на место. Когда же Берг окончательно пришёл в себя, протянул мне руку.

— Рад тебя снова видеть. Гляжу, ты стал ещё сильнее и сменил имя.

Я ответил на рукопожатие, а затем притянул к себе недоумевающего лучника и похлопал его по спине. Чёрт подери, я действительно счастлив снова видеть этого человека.

Повернув голову, взглянул на стол. Интересно же, чем занимался мой товарищ, когда понял, что сейчас из лежащего у него в инвентаре надгробья вылезу я.

При свете толстой свечи Берг читал чьё-то послание. Желтоватый листок без поддержки человеческих пальцев по инерции вновь скрутился в трубочку. Что написано на нём я, естественно, увидеть не мог. Рядом лежала нитка с разломанной сургучной печатью, на которой был оттиснут хитрый узор из множества молний.

Отпустив руку Берга, я бегло осмотрел комнату таверны, где поселился первый появившийся у Старика Адепт. Ничего примечательного — из прочей мебели лишь обшарпанный шкаф у стены слева от входа, да две одноместные кровати у противоположных стен комнатушки.

— Присаживайся, — указал Берг на одну из кроватей, — чувствуй себя, как дома. Сейчас стол подвину, да спущусь, попрошу завтрак уже готовить.

— Хозяев не смутит, что у тебя внезапно, посреди ночи, появился гость? — с подозрением спросил я, приняв предложение и плюхнувшись на жёсткий матрас. В голове мелькнула мысль, что я уже несколько дней сплю на земле, в то время, как некоторые наслаждаются хоть и скромными, но благами цивилизации.

— Не переживай, — ответил Адепт, передвинув стол и внимательно посмотрев мне в глаза. — Они — свои. Да и вообще: с некоторыми умениями можно незаметно войти в таверну и средь бела дня. Чего уж говорить о глубокой ночи, когда дежурная официантка вполне могла задремать за стойкой?

— И всё же, будить пока никого не будем, — проговорил я, материализовав бутылку вина и бессменный набор путешественника: хлеб, вяленое мясо да головку сыра. Все припасы были сложены в один мешок, чтобы занимали меньше слотов. Добавил я и изысков — кастрюльку с фирменной похлебкой от жены Шона. Нужно съесть, а то испортится, хоть и требуется ей в невидимом кармане на это гораздо больше времени.