Ещё раз улыбнувшись, я резко развернулся и направился за ширму, иначе мне так и не дадут нормально одеться.

И ведь я не соврал: я уже точно не воспринимаю Тиару в качестве своего врага. Самое скромное — как союзника. А я не привык разбрасываться союзниками только потому, что у них есть рычаги давления на меня.

Невольно вспомнил темницу замка. Хм, что ж, тот Последователь Рюгуса, который стал жертвой кровавого ритуала по получению сведений о местоположении частиц и Осколков, не в счёт. Можно даже сказать, что он погиб ради общей цели. Ради того, что жаждет найти и его Покровитель.

Да. Я не настолько хорош, чтобы спасать всех и вся. Этот мир закалил меня. Я могу наступить на горло своей человечности, но повод должен быть существенным. Метка жертвы — серьёзное ограничение. Однако на другой чаше весов лежат возможности, нивелирующие неудобства. Если держать ухо востро (как я привык), то всё обойдется. Пожалуй, даже если бы я узнал, что смерть моей жены стопроцентно прервёт нашу связь, всё равно бы не стал её убивать. По крайней мере, пока не замечу, что она собирается меня предать.

— Покажешь мне свой портал? — проговорила она, когда я, полностью одевшись, вышел из-за ширмы. Обнажённое тело Тиары прикрывала алая горностаевая мантия.

Ещё один тест на доверие? Что ж, внешнее проявление «Неуловимой Тьмы» скрывать бессмысленно. Ничего такого в нём нет.

Я молча кивнул. Подойдя ко мне, супруга поцеловала меня и обняла.

— Не вздумай помереть, понял? — строго произнесла она мне на ухо. — Я не хочу носить траур. Не люблю, знаешь ли, долго ходить в одних и тех же цветах.

— Тебе и не придётся, — отозвался я. — Выше нос, милая. Ещё увидимся.

Неуловимая Тьма.

* * *

— Вернулся!!! Старший Адепт вернулся!!! — пронёсся над лесом счастливый голос Шона.

Вместе с десятком бывших селян староста ждал в назначенное время возле невысокой скалы. Они были рады меня видеть, даже обниматься полезли.

— Кейн у себя? — спросил я по пути к лагерю.

— Ну, а где же ему быть-то, Старший Адепт! — отозвался Шон.

В самом лагере меня тоже шумно встречали, звали за стол — мол, всё готово. Я попросил всех рассаживаться и пообещал скоро быть; сам же направился к жилищу, расположенному немного на отшибе. Для себя отметил, что лагерь слишком сильно изменился. Ожил и вырос.

— Входи, — услышал я голос некроманта, когда приблизился к его навесу.

Отодвинув в сторону старое покрывало, я вошёл внутрь.

— Поздравляем со свадьбой, хых!!! — во всё своё бледное голубоватое лицо улыбалась Мара. — Тебе тоже пора уже, — недвусмысленно намекнула она сидящему рядом Кейну.