— Нет, меня пытались накормить чашечкой кофе с парой малопонятных булочек, но я воспротивился, как впрочем и Володя. — И я оглядываюсь, на второго сытого «пингвина», стоящего рядом с абсолютно удовлетворенным видом, так что у меня даже закрадывается подозрения, что дело не только в завтраке, может какая служанка постель грела?

— Но то его дело, ему хорошо, или нет? Но его симпатия осталась в Мериде, а моя тут рядом. — И я уже оглядываюсь на незаметно подошедшую и слегка прижавшуюся милую Долорес.

* * *

Нет, вроде все в рамках приличия, но так приятно ощущать легкие прикосновения сильного юного тела. Это будоражит кровь, сводит с ума и будит… Что-то будит, или будет?

* * *

Невольно предаюсь размышлениям я и тут же вспоминаю бунт поднятый за завтраком:

* * *

—Нет, любезный, я не птичка. — Говорю я официанту, глядя на принесенный завтрак, состоящий из кофе и пары трубочек с чем-то.

Потом оборачиваюсь к Володе и переспрашиваю:

—Я что, похож на немощного? Разве мне этого хватит? Мне силы нужны, а то падать буду в самый неподходящий момент. —

Володя пытается сохранить невозмутимость, сдерживает смех и не меньшим сомнением смотрим на свою порцию.

Долорес и ее отец, сидящие рядом с большим интересом наблюдают за бесплатным представлением, а продолжаю:

—Любезный, принесите чего-нибудь посущественнее. Например, яичницу с чем — нибудь? Вы же умеете? — Спрашиваю я официанта. Тот кивает и пытается забрать принесенное, но встречает яростный отпор с моей стороны:

—Положь где росло. Это поможет мне дожить до завтрака. — Заявляю я и забираю у него тарелку с теми самыми трубочками.

Потом съедаю их и признаю:

— Вкусно, номало. Таких надо штук десять, да Володя? — Спрашиваю я у кузена, то кивает. Пробует сам, подтверждает съедобность и заявляет уже отходящему официанту:

—Мне тоже чего-нибудь еще принесите, пожалуйста, яичницы например и побольше. — Произносит он во всеуслышание и тут же соглашается со мной:

—Ну да, Дан, неплохо. Только мало, но мне кажется десять это перебор, вот восемь в самый раз.—

И у нас разгорается спор на тему восемь трубочек в самый раз или все-таки мало?

Остальные посетители ресторанчика гостиницы уже откровенно посмеиваются на нашу клоунаду, а Долорес просто смеется и мне становится так легко и радостно на душе, от этого чистого и звонкого смеха, что я спрашиваю сам себя:

—А ты не влюбился часом? А как же тогда Светка? —

И тут же отвечаю снова сам себе:

—Я никого не предаю, Долорес здесь, Светка там. Как будет дальше, увидим. Но никто из них не будет плакать от обиды, только слезы счастья и радости, обещаю. —