* * *

И я выныриваю из своей задумчивости, которая в реале длилась совсем не долго. Завтрак, надо поесть то, «что бог послал», как говорят.

А тут довольно все стандартно и привычно. На столе пара сортов колбасы, сыра, конечно, масло сливочное, яйца вареные, хлеб. Ну и чай с кофе, как без этого? Вот и все пожалуй. Никаких особых разносолов, хотя и от голода никто не страдает.

Завтрак идет своим чередом, не спешно, но и без особых затяжек.

И вот поели, теперь народ сидит, смакует, кто чай, кто кофе и понемногу идут разговоры ни о чем и обо всем.

Неожиданно дядя Боря обращается ко мне с вопросом:

— Даниил, говорят ты поешь? Да еще и свое?—

— Да, дядя Боря, немного сочиняю и пою. Для себя и близких. На эстраду не собираюсь. — Смеюсь я в ответ и меня поддерживает семья дружными и добрыми смешками.

А дядя Боря продолжает тему предлагая:

— А спой что-нибудь, а то уже все по моему слышали, кроме нас?—

Я согласно киваю и говорю:

— Да, конечно, я только за гитарой схожу.—

Он утвердительно кивает головой и добавляет:

— Тогда мы тебя в гостиной подождем.—

И я срываюсь в комнату, выбирая на ходу, что же исполнить из моего весьма обширного репертуара. И выбираю с мыслью:

— Надеюсь не обидятся. Не должны, они же умные.—

* * *

И вот уже гостиная, народ застыл на диване и креслах и сижу на стуле перед ними, как на подиуме.

Еще мгновение и в массы летит «галанинское» «Нарциссы»

* * *

Мы не ценим тех, кто с нами

Год за годом словно тень

Мы не любим их ночами,

А с утра рабочий день.

На работе мы нарциссы

Каждый прётся от себя,

В этом нет ни капли смысла

Всё впустую, всё зазря.

Свет проходит стороною,

Жизнь продажна вне любви.

Это словно паранойя

На виду быть у других.

Слава Богу, год за годом

Те, кто рядом словно тень

В белый день и в непогоду

Охраняют нашу лень.

Хвалят нашу повседневность,

Согревают нас больных,

Несмотря на нашу бедность

Не меняют нас на них.

…

* * *

Допел и замолчал, смотрю на них. А они улыбаются, они все поняли и тетя Оля говорит:

— Я так понимаю это скорее предостережение и напутствие?—

— Да, тетя Оля, все верно. Песня о том, что надо ценить тех кто дорог и кому ты дорог. И тогда все будет гораздо лучше и красивее, например вот так.—

И я пою пару романсов о любви, уже «Сплиновского производства».

А они снова кивают, дядя Боря смотрит с улыбкой на детей и говорит:

— Слушайте Даню, он правильно жизнь понимает и плохого не посоветует.—

А потом спрашивает меня:

— Ты не против, если я вот эти, любовные романсы, заберу? Перепишешь мне потом стихи, они на ура пойдут в компаниях?—

А я думаю, со внутренним смешком: