— Сергей, я приехала попрощаться.

Сергей еле удержался, чтобы не переспросить. Зоя не любит глупых вопросов.

— Далеко уезжаешь?

— В Париж.

Вот так, запросто.

— А денег у тебя хватит? — Сергей подумал, что у него самого наличности немного и спонсировать Зою он не сможет.

— Хватит. Я уже давно хотела, оформляла документы… Так что деньги у меня есть.

— Надолго?

Вроде и расстались с ней, а все равно сердце щемит…

— Посмотрю, — Зоя тряхнула волосами, — Погуляю по бульварам, по набережным, поживу в мансардах на Монмартре… Ты жалеешь?

— Немного. Ты хорошая… друг.

— Ты тоже… хороший…

Лицо Зои оказалось близко-близко, губы обожгли губы, язычок — шалунья — объятья…

— Доброе утро.

Зоя и Сергей отпрянули как застигнутые любовники. В калитке стояли Катя, Слава, сзади виднелась шляпа Виктора Алексеевича.

— Интересно, — громко произнесла в пространство Катя, — Что я здесь делаю?

Она резко развернулась — взметнулась юбка, короче, чем на ней была в прошлый раз — и скрылась за забором.

«Беги за ней, придурок…» — шепнула пришедшая мысль. Сергей стоял. Необычная ситуация, сначала не сообразить, что делать, а потом уже поздно…

— Знаешь, Сережа, — опустила глаза Зоя, — Я, наверное, пойду… Извини…

Последнее слово она прошептала чуть слышно.

Затарахтел мотоцикл, Зоя выехала со двора. В воздухе повисло облако синего дыма.

— Сергей… — прошипел Слава, проходя мимо остолбеневшего парня в мастерскую.

Виктор Алексеевич промолчал, но его взгляд был достаточно красноречив.

— А что случилось-то? — недоуменно проводил их взглядом Кирилл.

— Ничего, — вздохнул Сергей, — Просто твой начальник — недоумок…

* * *

Может быть оттого, что все мысли Сергея были заняты Катей — он мысленно разговаривал с ней, пытаясь объяснить, что произошло и не находя нужных слов — может по другой причине, но с ручками у парней сегодня не получалось ничего.

На первый взгляд, все было просто: вставляешь в пишущий узел шарик, заполняешь стержень чернилами с помощью шприца с толстой иглой — Слава сообразил — и все. Ручка готова, можно писать. Если паста окажется слишком жидкой — добавить канифоли, если слишком густой — ацетона. Конечный вариант пасты, разработанный Виктором Алексеевичем состоял из метилфиолета как красителя, касторового масла, канифоли и ацетона.

Все было просто, пока не начали делать. Для начала поместили шарики в ручки и попробовали провести линию на бумаге, пока без чернил, чтобы оценить плавность вращения.

Из двадцати шариков, полученных Сергеем за целый день, подошли к ручкам только четырнадцать. Остальные наотрез отказывались вращаться в положенных гнездах, царапали и рвали бумагу.