Выпрямился, тяжело дыша, над освобожденным отверстием. Опустил в бутыль палец, поднял… Не веря своим глазам осмотрел абсолютно чистый палец, опустил его еще раз, поболтал, вынул. Цвет пальца не изменился.

Обманули!

Абрамович взвыл и пнул бутыль. Та со звоном ударилась о соседку и лопнула. Поток прозрачной жидкости залил пол, усыпанный темными, почти черными осколками.

В бутылях, выкрашенных изнутри краской, была вода. Почти тонна.

* * *

Начальник подотдела Иван Абрамович Иванов не спал всю ночь.

«Мерзавец, нет, ну какой же мерзавец, — думал он, — Ну погоди, будет тебе и следующий договор, будет и милиция, будет и суд. Я свои деньги из тебя с кровью вырву. Нет, ну надо же, так обмануть. А еще „Доверяй, но проверяй“»

Люди, подобные Абрамовичу, всегда считают, что обманывать могут только они. Поэтому, когда обманывают их, они почитают это за смертельное оскорбление и чуть ли не за нарушение своих священных прав.

Он с трудом дождался утра, как только рассвело, бросившись к чернильной мастерской.

Там уже кипела работа, несколько человек, сгрудившись у двери, что-то делали над ней.

— Где он? Где ваш хозяин⁈

— Не кричали бы вы, любезный, — повернулся к нему крепкий парень, стоявший на лавке, — У нас в стране хозяев нет.

— Где Вышинский⁈ — Абрамович взвизгнул, — Вы здесь все мошенники, я вашу лавочку по судам затаскаю!

И умолк. Он увидел, чем были заняты работники мастерской.

У двери, прислоненная к стене, стояла снятая вывеска с надписью «Чернильная мастерская Вышинского», над дверью как раз прибивали гвоздями новую «Чернильная мастерская губсовнархоза имени тов. Луначарского».

— А… Э… — начальник подотдела уже понял, что все пропало, но еще не сумел поверить в это, — Это же…

— Совершенно верно, Иван Абрамович, — к изумлению начальника подотдела в толпе находился и его бывший подчиненный Славик, — Вчера товарищ Вышинский передал свою мастерскую во владение государства. Так что это не «лавочка», а государственное предприятие, а это не «мошенники», а честные рабочие, поэтому я бы поостерегся бросаться обвинениями, если вы не готовы отвечать за клевету.

— Вчера? — пролепетал Абрамович.

Вчера? Значит, вечером, когда Вышинский привез ему эти «чернила», мастерская уже принадлежала городу. И сорвать с нее компенсацию будет невозможно. К тому же…

Краска сбежала с лица Абрамовича. Постановление губсовнархоза прошлого года обязывало чиновников закупать требуемое — те же чернила — у частных лиц, только если в городе отсутствовали государственные предприятия, производящие аналогичный товар. Отныне у города была чернильная мастерская. И покупать чернила придется только у нее. И никто теперь не заплатит десять копеек с пузырька…