Правда, Абрамыч может захотеть проверить, что ему привезли… Взять одну бутыль с чернилами и дать на пробу ее? А если он не поверит и захочет сам выбрать?

Пусть… пусть выбирает сам. Но проверит он только нужную, а ненужные он проверить не сможет. Для этого достаточно, чтобы он не сумел открыть пробку. Скажем, приклеить ее надежным клеем.

План готов.

Вот только одно маленькое уточнение. Абрамыч очень быстро обнаружит, что его кинули. Со Славой он ничего сделать не сможет, а вот с ним, с Сергеем… Как-то не хочется опять садится в обжитую камеру.

Значит, что?

Значит, товарищ Вышинский, вам нужно уезжать из города. Бежать.

Слишком много последнее время накопилось проблем. Будущие разбирательства с Абрамычем, огэпэушники на хвосте — Сергей ни капли не поверил, что его оставят в покое, наверняка за ним до сих пор ходит хвост, вдруг он все же агент белогвардейцев, а теперь, когда Виктор сказал, что с него сняты подозрения, он и проявит свою сущность — неизвестно, как отреагирует на смерть брата и разрушение своей чернильной империи Михаил Потапович, но навряд ли прекратит попытки достать конкурента, да еще старый наркоторговец Менахем, который тоже может напомнить про «должок». Такой клубок можно долго расплетать и в итоге расплести. Но зачем? Он, Сергей, имеет другую цель — славный город Ленинград, где его ждет артефакт, позволяющий вернуться обратно. Не распутывать, а разрубить.

Вот только оставлять мастерскую на произвол судьбы не годится. И Абрамыч наедет на тех, на кого Сергей ее оставит, и Потапыч… Нужно не бросить ее, а оставить в надежные руки. А чьи руки в нынешних условиях — спасибо за подсказку, Катя — будут надежнее государственных?

Загнать Абрамычу фальшивые чернила, отдать деньги Славе, передать мастерскую государству и исчезнуть из города.

— Слава, я знаю, где взять деньги. Только одолжи мне одну ручку. Для испытания.

* * *

Все прошло как по нотам. Виктор Алексеевич и Кирилл сначала опешили, узнав, что их начальник хочет подарить мастерскую государству, но потом, услышав о причинах, согласились помочь. И даже помогли выкрасить бутыли краской, подобрав колер. Что там красить — наливаешь порцию внутрь и крутишь бутыль, пока все внутренние стенки не покроются слоем краски.

Пока бутыли сохли, Сергей съездил к товарищу Шраму. Тот тоже был удивлен, но не стал ломаться, подписал все бумаги. Когда Сергей приехал с бутылями к Ивану Абрамовичу, он уже был не владелец мастерской, а простой безработный.

Вернее, потенциальный директор госпредприятия.

На собрании работников мастерской — плюс Слава и Катя — без всяких споров большинством голосов при одном «против» — сам Сергей — его выбрали директором мастерской. Когда Вышинский попытался возразить, что все-таки у будущего начальства в лице губсовнархоза могут быть другие планы, ему заявили, что мнение пролетариата все же что-то стоит, так пусть Сергей не сомневается, а покупает себе портфель и готовится к должности. Которая от должности хозяина отличается только меньшей зарплатой и большим количеством бумаг, которые ему придется оформлять.