Наши сожаления — вышивка на пяльцах.
Всё необратимое утечёт сквозь пальцы.
Каждый будет вовремя пойман и настигнут,
Карфагены рушатся, и Помпеи гибнут,
Мир воспламеняется от единой спички,
Но по расписанию ходят электрички.
До конечной станции пересадок много —
Тихие кондукторы, дальняя дорога…
* * *
— Грустная песня, очень грустная, но такова жизнь. — Думаю я:— Иногда ласкает, иногда бьет. И наша задача пережить самим и помочь тем кто дорог.—
Девчонки почти плачут, от этих режущих сердца слов. Я обнимаю их, прижимаю к себе, целую и успокаиваю:
— Все хорошо девочки, все хорошо. Я с Вами и мы вместе, сейчас и навсегда. Наша дорога, она счастливая, она ведет в рай. Наш, собственный рай, который мы обязательно построим для себя, и для тех кто с нами.—
И распахнутые глаза, изумрудные и карие, сладкие губы и нежные тела, стали мне наградой, замерев у меня у в руках………
Глава 4 Самолеты, это песня, песня — это самолеты……
07.09.1937
Суббота
Москва
6:30
— Очередное утро и сегодня не надо в школу. — С некоторой ленцой думаю я, медленно просыпаясь и тут же слышу, уже знакомое и даже такое родное бурчание в моем разуме:
— Ну вот, совсем обленился. Скоро спать будешь круглыми днями с утра и до вечера, а девчонки от тебя сбегут тогда и не поймаешь, потому как ленивый. — Высказывается о моем поведении Элька, вновь одевшаяся в спортивный костюм, на этот раз с так хорошо знакомыми тремя полосками.
Я мысленно смеюсь ей в ответ и:
— И тебе доброго утра, сестренка. Где такую красоту то урвала? — Спрашиваю я и не дожидаясь ответа, добавляю: — У нас знаешь как говорили про эти три полоски? Кто носит фирму Адидас, тому…—
И заканчиваю фразу:
— Но для тебя это не актуально наверно? Ты же не из этих? Ну которые те? —
Она вновь смеется в ответ и развивает тему:
— Нет, не из этих и не их тех, и вообще, я еще маленькая и не понимаю о чем ты? — Откровенно издевается она и тут же показывает, какая она маленькая: — Есть, кажется, и другая интерпретация? Кто носит фирму Адидас, то настоящий…—
Но воспитания у нее хватает, не закончить фразу. Но все ведь понятно?
И она вновь принимается за мое воспитание:
— А ну подъем и марш в ванну, расслабился понимать, шутит тут неприлично, а я девочка скромная и даже, вообще… — Высказывается она и мгновенно оказывается в совсем уж обтягивающих все что можно шортиках и топике.
— Да. — Отвечаю я и тут же добавляю огня:— Приличная и мне нравится, жалко что сестренка, а то бы приударил, за такой красоткой.
* * *
Но все же подскакиваю и бегу ванну, сопровождаемый звонкими колокольчиками смеха, весело звенящими в моем разуме.