— Вот я всегда говорю только правду. Особенно женщинам, — сказал ученый, поставив девушку на ноги. — Тебе правду сказать?

— Валяй! — разрешила она.

— Я всегда опасаюсь женщин с длинными волосами. — Петр взял прядь из ее хвоста на макушке и вытянул руку. Конец пряди локоном завился вокруг его пальца. — Вот всегда думаю, если у них хватает терпения отрастить волосы до пояса или бедер… Еще хлеще — до колен… То хрен его знает, на что еще им хватит терпения. Страшные люди эти женщины!

— Так нет проблем! — воскликнула девчонка и убежала на кухню.

Я уже думал все на этом закончится, но она тут же вылетела к нам в коридор с ножом в руках

— Смотри! — и обхватив волосы, срезала хвост под корень. Тряхнула головой, запустила пальцы в облако волос и улыбнулась.

— Охренеть! — воскликнул ботаник.

— Так что? Когда в ЗАГС? — спросила девчонка, а я поразился ее прямо-таки бульдожьей хватке.

Даже не знаю, что делать — спасать Петра? Или не надо?

— Завтра, — ответил Петр. — Завтра! Тебя как зовут?

Я закрыл лицо ладонью, чтобы не заржать.

— Злата! — ответила девушка.

— Отлично, Голда, значит, договорились! — Торжественно сказал ботаник.

Она чмокнула его в другую щеку и ускакала куда-то в комнаты.

Мы, наконец, вывалились из подъезда…

На улице прохладный воздух ударил в лицо, опьяняя после душной, прокуренной квартиры куда сильнее спиртного. Заметил неподалеку машину с приглушенным светом в салоне и знакомых парней из «Р. И. П.» и подумал: «Наружка. Сорокин бдит». Но он прав, болтливого ученого, знающего слишком много, действительно надо поберечь. А то эти звезды и откровения под ними не доведут до добра.

Помог Петру устроиться на заднем сиденье и вздохнул с большим облегчением — наконец-то можно расслабиться!

Сел за руль, «Волга» сорвалась с места, и скоро был у подъезда дома на Парковой. Поднялся по лестнице, но перед площадкой замер, останавливая Петра. На площадке меня ждал «сюрприз», который моментально протрезвил.

Перед дверью в квартиру Петра лежал человек. Азиатская внешность, поджарое тело, одет во все черное — водолазка, брюки. В откинутой руке зажат пистолет с глушителем. Из носа по щеке стекает струйка крови. Узкие глаза плотно закрыты.

— Это что еще у нас за черепашка-ниндзя? — пробормотал я, осторожно приблизившись к нему.

О сигнализации Петра этот товарищ явно не имел представления, иначе бы не сунулся к дверям его квартиры.

Я аккуратно носком кроссовка выбил пистолет из безвольной руки, поднял его, передернул затвор — патрон в патроннике. Заряжен.

Не стал рисковать, его же ремнем затянул ему запястья за спиной. Сколько он проваляется в отключке? Петр тогда говорил, что часа два, не меньше. Он рассказывал, что после того инцидента с сиреной он убрал звуковой сигнал, но усилил инфразвук. И сигналка срабатывала, только если попытаться вскрыть квартиру.