— Вы правы, не нужно было брать трубку в аудитории. Пожалуй, выйду, — подхватил сумку и под ошарашенным взглядом преподавателя покинул кабинет.

В коридоре я переключился на кенку, которые сейчас уходили какими-то переулками, окружая стареньких мастеров. Сейчас на них никто не нападал, потому я переключился на воспоминания.

На людей напали посреди работы — сработанная команда из пяти человек. Кенку быстро сориентировались, похватали оружие. Интересно, что нападающие не были особо сильны — кенку отбились и увели мастеров. Думаю, эта акция была скорее предупредительной. Либо кто-то для серьезной работы нанял несерьезных людей.

В аудиторию я не вернулся — сразу отправился к ангару.

Отец уже был здесь. Неподалеку стояла полицейская машина, рядом с которой курили два усталых человека в форме.

— Как дела? — Спросил я сходу.

— Они хотели сжечь кузню. Поджог остановила прибывшая полиция. Товар на месте, никто не умер, но это нападение — все равно, что плевок в душу. Они могли убить людей! В общем, я нашел хороший пустырь на окраине, за семьдесят миллионов. Возьму заем в банке, огорожу пустырь тем же куполом, который у нас над поместьем поставят, организую охрану. Там будут работать одни кенку, без людей, чтобы не было лишних жертв. Если согласишься достать еще фрагменты кенку, я забронирую осколки. Не все же тебе за гоблинами ходить.

Гоблинов я уничтожил немало — зачистил уже семь осколков и получил больше тысячи фрагментов. Меня все еще привлекала идея команды слабых с виду зеленых коротышек, которые даже в бою против слаженной команды могут доказать, что слабые здесь совсем не они.

— А ты что-нибудь выяснил?

— Нападавшие были под амулетами, как и юниты. Один кенку пожертвовал собой, но сорвал амулет с одного из нападавших. Юнита убили через секунду, но теперь я знаю лицо одного нападавшего. Кстати, есть пустой бумажный лист?

— Откуда? — Покосился на меня отец. — Ты считаешь, я с собой на поджоги кипу «снегурочки» вожу?

— Я тебя спокойно спросил. На материальной составляющей иллюзии держатся лучше.

Я сосредоточился, детально представляя, что держу распечатанную фотографию. Спустя десяток секунд в ладонях появился лист хорошей глянцевой бумаги с портретом.

— Нет, его я не знаю, — покачал головой отец. Но иллюзию сфотографировал.

— А мысли какие-нибудь есть? — спросил я. — Как считаешь, кто мог атаковать наш ангар?

— Пока не знаю, но обязательно выясню.

— Нужно будет показать фотографию…

— Айдар, я сказал, что выясню! — Перебил меня отец. — Сам. Ты слишком много взваливаешь на себя. Учись, занимайся своими проектами, а я, раз уж взялся за работу с птицами, то продолжу заниматься ими.