Сегодня было очередное собрание глав родов. Ярослав, сидящий во главе стола, спокойно обсудил стоящие на повестке дня вопросы и распустил большую часть людей.
Когда в помещении остались лишь самые близкие друзья: Игорь Соколов и Павел Егоров, хозяин кабинета пригласил их в комнату с видом на парк. Сегодня как раз пошел первый снег, крупный и мокрый, и через панорамные окна парк выглядел особенно чудесно.
Друзья поговорили о женщинах, о политике, и между делом зацепили тему одного захудалого рода.
— Слышали? Алмазовы снова занялись крафтом, — произнес Юсупов.
— Видимо, хотят, чтобы у них еще один завод сгорел, — угодливо подхихикнул Соколов.
Егоров вальяжно повел рукой:
— Да пусть копошатся внизу, сколько угодно — крафтят клинки для простолюдинов или накладывают укрепления на подъездные двери. Главное, чтобы выше не лезли. Если они начнут выползать на большой рынок, придется снова устроить «прорыв элементалей», ха-ха!
— Верно, — улыбнулся Юсупов. — Долговечные товары — это стопор экономики.
— Ты прав, Ярослав. Однозначно прав.
Глава 24
Сегодня с утра отец наконец-то решился заменить охранников на хобгоблинов. На завтраке сообщил всем домашним о новых охранниках, а после завтрака они сменились.
Реакция охранников, которым выдали полную зарплату за неполный рабочий месяц и сообщили, что в их услугах больше не нуждаются, была малость забавной. Люди растерялись и недоумевали, а толстенький «несправедливо оскорбленный» даже завернул речь, мол, потратил на нас лучшие годы. Любитель посидеть в телефоне не сразу понял, что с ним не шутят и попытался качать права. Ситуацию урегулировали десять хобгоблинов. Юниты под иллюзорными амулетами быстро и вежливо выпроводили экс-охранников за ворота и разошлись по территории, знакомясь с будущим местом работы.
Теперь буду чуть более спокоен за домашних — поместье защищено одинаковыми бравыми ребятами, каждый из которых может завязать в узел всех предыдущих охранников.
Занятия шли, как обычно. Александра слегка охладела к совместным занятиям, и не спешила тащить мне ватманы с рунными печатями.
А вот после обеда, когда у меня оставалась половина пары, один из кенку, которые находились в ангаре с кузней, умер. Я не отслеживал их состояние каждый день, но смерть одного ощутил сразу.
Сразу же за этим позвонил телефон. По ту сторону оказался отец:
— На кузню напали! Ты не разглядел через своих миньонов, кто это был? Вообще видел что-нибудь?
— Нет. Разберусь, перезвоню.
Я положил трубку и посмотрел на одногруппников, которые повернулись ко мне
— Алмазов, мы вам не мешаем? — Иронично спросил преподаватель.