А пошли мы в «Ламию», один из лучших ресторанов в городе.
Когда мы пришли, оказалось, что я помню это место другим, каким оно еще не стало — чище, богаче, со швейцаром на входе и сплошь благородной публикой. Сейчас тут тоже хватало благородной публики. Нам предложили столик рядом с четырьмя молодыми мужчинами, судя по дорогой одежде и манерам — аристократами. Но меня смущал угловой столик с тремя крепкими мужиками. Все трое в шрамах, у двоих — сломанный нос, у одного — повязка на глазу.
Мужики зыркали по сторонам и выглядели так, будто ножи и вилки в их руках — приборы совершенно ненужные, и они бы на мясо и без них накинулись. Для полного соответствия образу книжных бандитов им не хватало только крюка на месте кисти и протеза вместо ноги.
Я накинул на спинку стула пиджак, отодвинул стул для Кристины.
Девушка выбрала салат, я заказал себе стейк с помидорами и соусом песто. Наконец разговорил девушку. Кристина рассказала про детство, проведенное с бабушкой, и о своих.
И все шло бы прекрасно, если бы в какой-то момент к нашему столику не подошел аристократ из-за соседнего столика.
— Простите, что отвлекаю, — слегка поклонился он мне. — Мы с друзьями слегка не рассчитали наши финансы. Можете выручить нас, оплатив часть счета? Я верну вам деньги, слово благородного.
— Нет, — спокойно ответил я и огляделся по сторонам в поисках охранника или официанта, который отгонит от нашего столика любителя пожировать за чужой счет.
— И все же, может быть, вы передумаете? Мой род достаточно знатен и щедр.
— Господин, вы бы не отвлекали мальца, — прогудел крепыш из-за столика. — Дайте им с девчонкой покоя.
Но мой покой не входил в интересы аристократов. Пока «бандит» за столиком говорил, силуэт аристократа подернулся иллюзорной пленкой и раздвоился. Образ мужчины остался на месте, а вот силуэт, едва заметный под иллюзией невидимости, шагнул ко мне и потянулся к карману пиджака, где лежал бумажник. Не будь я иллюзионистом, не увидел бы.
— Увы, не могу вам помочь, — подпускаю в голос чуточку притворного сожаления.
А потом — выхватываю из ножен кинжал и бью в бедро туманной фигуры.
Обе иллюзии растаяли — непросто удерживать магические плетения, когда в тебя всаживают лезвие. Визжащий аристократ падает на пол, сжимая ногу, к нам несется официант, а я вытираю клинок салфеткой.
Вечер испорчен.
Глава 7
Посетители ресторана оказались людьми закаленными — стоило раненому упасть на пол, как люди привычно потянулись к оружию, благо, обнажать клинки и пускать их в ход никто не стал. Сразу нашелся слабенький целитель, остановивший кровь незадачливому вору. Официант, чудом возникший у нашего столика, попытался было схватить меня за плечо — видимо, чтобы я никуда не сбежал, но ладонь слуги едва не напоролась на выставленный кинжал.