Накачанное зельями тело переносило жесточайшие тренировки. Я не стал за вечер в тренировочном зале прекрасным бойцом, но адаптировался к нагрузкам аномально быстро. Заново нарабатывал рефлексы нового тела, ставил удары.

Я тренировался, пока не падал от изнеможения. Но там, где раньше я заработал бы переутомление и разорванные мышцы, теперь получал силу и скорость. А с симбионтом прогресс в тренировках вырастет в разы.

Сегодняшний вечер я также планировал провести в компании меча и копья, отрабатывая бой с тенью, или даже наплевать на конспирацию и вызвать тролля, чтобы пофехтовать против полноценного противника, но во время моей разминки в северное крыло пришла одетая в черное платье Ника. Девушка сморщила носик, глядя на пыльные стены, и с неодобрением покосилось на вспотевшего меня.

— Почему ты еще не собрался?

— Мы куда-то идем? — спросил я, не переставая наносить удары копьем.

— Вообще-то да, мы куда-то идем. Не удивлена, что ты забыл. Собирайся, нам нужно успеть в Академию, на вечер памяти.

— Куда-куда?

— На вечер памяти, посвященный погибшим во время прорыва в Академии, — спокойно повторила Ника.

— Звучит скучно. Я мысленно с тобой, поставь там свечку за меня, или что обычно делают на вечерах памяти.

Девушка вздохнула.

— Айдар, я понимаю, ты считаешь, будто можешь делать все, что угодно — открывать часть особняка без одобрения отца, третировать охрану или даже сунуться в осколок, где можешь погибнуть. Но есть определенные нормы поведения, которые выполняют все. Никому не интересно, хочешь ты туда идти, или нет. Ты пойдешь, потому что туда пойдут все преподаватели, учащиеся и даже некоторые родители. Выслушаешь речь президента, помолчишь на минуте молчания вместе со всеми, а потом вернешься и продолжишь свою тренировку.

— Все еще не убедила. Зачем мне тратить на это время?

— Затем, что эти люди учились вместе с нами. Ходили по тем же коридорам, что и мы, сидели за теми же партами. Если бы судьба повернулась иначе, может, именно мы лежали бы сейчас в земле, а они — собирались на этот вечер памяти. Я думаю, мы должны присутствовать там — показать, что нам не все равно.

— Но мне как раз все равно. Не вижу смысла в том, чтобы выражать соболезнования людям, которых я не знаю, и о людях, которых не знал.

Ника задумчиво кивнула, ушла, а через пять минут вернулась.

— Я передала твои слова отцу, но тот против того, чтобы я поехала туда одна. Так что сходи в душ, оденься в черное и поехали.

Ладно… Ладно. В таком случае, поеду, но займусь там тем, чем пожелаю.

Пока сидели в машине, я прихваченной из дома ручкой чертил на ладонях печати. Если уж поехал, лучше взять из ситуации максимум.