Я подъехал к кафе, отставил машину возле тротуара и направился внутрь. В это время дня в кафе было мало народа: двое мужчин в серых плащах о чем-то разговаривали за столиком в углу, прихлебывая чай из прозрачных стаканов в подстаканниках, полная румяная женщина вместе с пухлым ребенком лет шести ели розовое мороженое из металлических креманок и девушка и юноша пили лимонад за столиком возле окна, держа друг друга за руки.

Где находился кабинет Водяного, я помнил по прошлому визиту и сразу туда направился. Неожиданно словно из пустоты вышагнул мужчина в сером костюме и преградил мне путь. Он ни слова не сказал мне, только пристально буравил меня равнодушным взглядом. Я сразу почувствовал, что этот человек от природы убийца. Ему человека убить, что комара прихопнуть.

От кабинета врага меня отделял всего лишь один человек и я всерьез размышлял над тем, чтобы устранить его физическим образом, возможно и в особо жестокой форме, когда из-за двери послышался суровый голос.

— Пропустите его, — потребовал Бухгалтер. — Пусть проходит. Я его жду.

Костюм посторонился. Я вошел в кабинет и сел за стол напротив предполагаемого противника.

Это был невзрачный человек, внешность которого не располагала к высоким постам и достижениям, пускай и в теневой империи. Но как это часто бывает именно такие серые люди добиваются высоких постов и прибирают к своим рукам рычаги власти. Часто именно от таких серых людей зависит очень многое, хотя они и не афишируют свою власть. Интересно почему именно серые люди имеют столько власти?

— Я так понимаю именно тебе, Леший, я обязан своему нынешнему положению, — сказал Бухгалтер.

Он знал мое прозвище, значит наводил обо мне справки. Вполне возможно, что среди моих сослуживцев есть еще агенты, завербованные этим упырем. Ладно, посмотрим к чему приведет эта словесная игра.

— Своим нынешним положением вы обязаны неосмотрительности своего предшественника. Его недальновидности.

— Я не был знаком с Водяным. Но пока он руководил был порядок на районе. Так что не знаю уж в чем была его недальновидность.

— В том, что он решил надавить на меня, — тут же сказал я. — Впрочем вы это тоже решили сделать.

— И вы хотите сказать, что меня ждет участь Водяного?

— Я бы не хотел этого, но, если у меня не будет другого выбора.

— Меня признаться впечатлило, как вы избавились от моих людей. Какие ваши предложения?

— Вы живете своей жизнью. Я своей. Мы друг другу не мешаем.

— А если наши жизненные цели будут пересекаться? — спросил Бухгалтер.

— Тогда будем договариваться.

Наш разговор занял полчаса, и мы пришли к соглашению не трогать друг друга. Бухгалтер показался мне человеком расчётливым и холодным. И я прекрасно понимал, что рано или поздно нам придется решить вопрос окончательно. Это не вечный мир, а всего лишь временное перемирие. У Бухгалтера сейчас полно своих проблем, чтобы еще разбираться со мной. После смерти Водяного в его теневом мире не все спокойно. Надо навести порядок. Да к тому же убийство Водяного удачный способ свети счеты со своими идейными противниками, на которых можно спихнуть вину за его смерть. Все это я прочитал между строк в нашем разговоре. Как и скрытую угрозу. Расслабляться все же не стоило. Бухгалтер может нанести удар и во время перемирия. Он же не человек, а счетная машинка. Тень из своей глубины поддержал меня одобрительным ворчанием.