Не сказать, что такой уж поклонник футбола. Являлся им в первом детстве, но со временем пришло разочарование в современном спорте, в большинстве его видов. Но несколько матчей, просмотренных в больнице, вернули интерес не только самому мячик гонять, но и смотреть. Возможно, потому, что с такой ногой я еще долго на поле не выйду.

Натянув майку и короткие шорты, доковылял до дивана. Телевизор с пультом! Уже хорошо. Тот самый испаноязычный канал нашелся почти сразу, уже настроенный в числе прочих.

— Тобалито, бабосо, ты чего поднялся⁈ — окликнула с кухни Елена. Запахи с того направления шли восхитительно чарующие. Свежая выпечка — потрясающая штука.

— Футбол! Важная игра!

— Ты совсем как твой карналь! Только Гектор от бокса с ума сходит! Ладно, смотри!

Счет ноль-ноль! Ничего еще не решено, наши атакуют под азартные вопли мексиканского комментатора Энрике Бермудеса. Я понимал хорошо, если четверть его слов, но экспрессию, эмоциональность и харизму оценил. Пожалуй, ни у кого из отечественных спортивных журналистов я той же вовлеченности в игру не встречал. Удааар… штанга! Энрике чуть ли не зарыдал, когда советский футболист не смог забить гол, и я вместе с ним. Не скажу, чтобы он поддерживал одну из команд. Находился на стороне красивой игры, скорее. СССР давили, а одиннадцать полако-пендехо «поставили автобус» и жестко оборонялись.

Елена принесла на журнальный столик рядом со мной полную миску эмпанадас. Вот что так шикарно манило меня на кухню ароматами. Док рекомендовал не перегружаться острым, поберечь печень, но от протертой пищи к нормальной я уже перешел, а потому заточил парочку чебуреков с огромным удовольствием. Еще бы пивка, но от одной мысли об алкоголе начало немного мутить.

Как поют мои земляки из Воронежа, группа Green Crow: «Я не буду больше пить, нет, не буду. Обещаю также сдать всю посуду!»

Не уверен, реакция это на яд, сыворотку, другие лекарства или психосоматика, связанная с тем, что гадкое пресмыкающееся цапнуло меня именно в слегка бухой кондиции. Однако плакат из советской пропаганды с решительным «НЕТ» рюмке сейчас бы очень точно моему внутреннему состоянию соответствовал.

Игра закончилась с сухим счетом, чем обрадовала одиннадцать польских бобров-курв и расстроила советских спортсменов. Как я понял сквозь языковой барьер, у сборной Польши лучше какие-то второстепенные показатели. Не то число очков на групповом этапе, не то разница забитых и пропущенных мячей, и этого достаточно, чтобы при ничьей дальше прошли именно они. Странные дикие времена и убогие правила. Ну хоть не броском монетки победителя определяют, уже прогресс. Обидно, но не катастрофа для меня лично.