— Да, смог бы, в качестве эксперимента.

— Эл, вы клёвый! Был бы у меня в школе такой учитель — я бы, может, и ноты знал бы! — объявил Томми. — Я тогда дам свою гитару и подскажу, что и как у нас по игре.

Немного обидно, что все музыкальные планы сдвинулись, но у меня занятий и так хватает. Весь следующий день, пока Эл и группа знакомились да репетировали, я провел за компьютером, занимаясь портом Тетриса на Коммодор 64. Если уж новый комп дает кучу крутых графических возможностей, грех перед лицом Омниссии их не использовать.

Во-первых, отрисовал кубики фигур, как положено — с тонкими границами и цветными блоками. Усложнение кода минимальное — в массиве, определяющем наполнение экрана, стали храниться не нули и единицы, а нули и номера цветов. Отвел отдельный блок экрана для индикации следующей фигуры, чего на Эппл 2 в режиме низкого разрешения сделать по-нормальному не получалось. Добавил кнопки поворота по часовой стрелке и против. Музыку поставил — «В лесу родилась ёлочка», временно. Парочку пасхалок добавил.

Хорошо получилось. Правда, Линда, которая вызвалась быть тестером, наотрез отказалась надевать наушники.

Успел код мистера Лоу посмотреть. Мрак и тлен, конечно. Сплошной копипаст там, где можно вынести повторяющийся код в функцию. Никакого понимания о лучших практиках разработки и антипаттернах. Но, во имя Ктулху, он же учитель музыки, а не кодер, я для Эла таким же неандертальцем непонимающим выгляжу, когда речь о тонах и октавах заходит.

На концерте состоялся аншлаг. Театр в норме вмещал около трех сотен зрителей, а набилось, как минимум, вдвое больше. Мне и важным гостям, таким, как семья Уильямс, места в первом ряду выделили. Мистер Лоу на сцене выглядел забавно. Ему не нашлось рокерского прикида, либо педагог сам не пожелал надевать косуху, так и вышел в белой рубашке и галстуке-бабочке, как будто в консерватории. Под конец представления он тяжело дышал, а сорочка промокла от пота, но некий блеск в глазах появился. Взгляд человека, довольного хорошо проделанной работой.

Парни выдали весь свой репертуар, закончив новинкой — «Гимном древних» в легкой металл-обработке, сорвавшим натуральные овации.

— Ну а теперь мы приглашаем на сцену автора наших текстов. Он сейчас живет в Оукхерсте и группа тут ради него. Си-Си, поднимись к нам! Линда, помоги ему со ступеньками! — объявил Эдди.

Вызов, полностью со мной согласованный. Боязнь сцены после выпускного бала мне ни к чему, а следовательно, нужно привыкать, что ничего страшного в том, чтобы оказаться на публике, нет. Как будущий визионер индустрии компьютерных игр, я буду вынужден часто появляться на людях, а потому фобии надо душить в зародыше. По-хорошему, их бы у психолога проработать, но я же мужик и каналья из баррио, мне положено решать проблемы превозмоганием и упрямством. Да и не так меня проняло. Ноги дрожали из-за проклятой змеи и отходняка после сыворотки, а не страха, что снова начнется стрельба. Не начнется же? Вон, у местного копа, шерифа в шляпе и с бляхой-звездой, револьвер в кобуре на поясе.