Кен, расположившийся в зрительном зале, наверное, зубами скрипел, глядя на разраба, что от него ушел.

Линда сидела во втором ряду. Есть психологический прием, как прибавить себе уверенности при публичных выступлениях — выбрать одного человека и читать ему. Мой выбор прост.

— И первый вопрос к каждому из вас. Что ждет графику видеоигр в следующие двадцать лет?

От моих коллег последовало довольно робкое вангование.

— Я считаю, уже в ближайшие годы получится расширить цветовую палитру до 256 цветов, в перспективе десятилетий, далее можем рассчитывать на шестнадцатибитный цвет, — выдал Стив.

— Разрешение спрайтов вырастет до сотен точек по вертикали и горизонтали, что даст нам анимацию уровня, приближенного к мультфильмам, — это Озарк.

— Двадцать лет — огромный срок. Я считаю, что к тому времени игры смогут показывать качественную изометрическую проекцию, создавать иллюзию объема, — пообещал Гэрриот.

— Мы увидим проработанные пейзажи, где игрок, даже незнакомый с печатной инструкцией, сможет отличать один объект от другого, — предрекла Кэрол.

Не каждый может смотреть в завтрашний день. Да я и сам примерно теми же категориями мыслил, лично наблюдая развитие компьютерной графики.

— Нас ждут полностью трехмерные миры, — пообещал я, — графика перейдет от пиксельной к полигональной, игровые объекты начнут отрисовываться из поначалу сотен тысяч, а затем и миллионов многоугольников, обтянутых фотореалистичными текстурами. И на экране подобных трехмерных объектов поместятся десятки и сотни.

В зале кто-то глумливо заржал.

— Крис, ты представляешь, сколько ресурсов нужно для расчетов описанной тобой картины? — осторожно спросил ведущий. — Даже процессор в сто мегагерц скорее всего не справится.

— У мейнфрейма, занимающего целую комнату, хватит ресурсов, — поддел меня Стив.

— Через двадцать лет тактовая частота процессоров дойдет до гигагерца и выше, но для расчета трехмерной графики этого окажется недостаточно. Нам понадобятся отдельные видеочипы. Они уже есть, я купил восьмидесятиколоночную видеокарту в свой Эппл 2. Уверен, что уже существуют стартапы, разрабатывающие подобные устройства. И обсчитывать они будут не только графику, но и физику. Представьте, что каждый объект обладает собственной массой и подчиняется всем законам Ньютона, а не движется по заранее просчитанным траекториям.

— Мечтатель! — выкрикнули из зрительного зала.

— И сколько памяти, по вашему, потребуется компьютерам будущего, юноша? — заинтересовался моим видением ведущий.

— Именно через двадцать лет стоит ожидать до гигабайта оперативной памяти и отдельные 128 мегабайт в графическом ускорителе. Плюс жесткий диск на несколько десятков гигабайт. Заметьте, я говорю о типичных домашних компьютерах, а не дорогих устройствах за десятки тысяч долларов.