Та самая бородатая-лохматая технология, на которой работал почтенный дедушка всех ПК-шутеров — Вольфенштейн 3Д. Правильней ее называть «два с половиной Д». Но мы не станем придираться. Если нечто крякает, плавает в пруду, кушает хлебушек, летает клином на юга и в целом каналья, то это уточка.

Та еще порнография, но я знаю, что подход сработает, что Коммодору хватит ресурсов для его использования, а написать движок — реально. И не делал пока шагов в данном направлении по тем причинам, что разработка займет месяцы, если не годы, а деньги на адвоката, создание компании, железо и комфортную жизнь требовались здесь и сейчас.

Тетрис в портфолио студии изменил правила. Теперь я могу позволить себе долгий цикл разработки и, полностью отдавшись кодингу, создать что-то, что поставит моё имя в один ряд с Джоном Кармаком и Джоном Ромеро… года через два упорной работы. Но кто скажет, что оно того не стоит?

Еще и крепкая материальная база появилась, без нее нереально. Пожалуй, не хватает еще кросс-ассемблера, чтобы писать код на удобном IBM в «Каналья-Эдиторе», с подсветочкой, а не рассчитанном на пользователя, а не разраба К64. И есть все шансы, что нужный инструмент уже выпустили, главное — узнать, кто его продает. Там ведь переделок относительно аналогичного под Вик-20 минимум.

Большую часть умных мыслей я додумал, безусловно, не за рулем, ибо так и разбиться недолго. Уже дома, в нашей с Линдой уютной кроватке, пялился в потолок, слушал, как мирно сопит уткнувшаяся мне носиком в плечо любимая и размышлял. Кофе перед сном — такая себе штука, коварная. Выпьешь чашечку и получишь ночь, полную размышлений, мысленных экспериментов и воображаемого кросс-ассемблирования.

На работу следующим утром пришел с квадратной головой, будто ее сделали из укрупненных пиксельных блоков, но притом давно я себя настолько счастливым не чувствовал.

— Хей, Си-Си, видал свежий выпуск Байт? — окликнул меня пришедший вскорости Майкл. — Нет? Держи, познакомься, тут и про тебя, и про Сьерру Онлайн. И хвалят, и ругают.

И воистину любопытная статья под названием «Все дело в игре». Журналистка Памела Кларк писала, что индустрия видеоигр зашла в тупик, рискующий ее разрушить и превратилась в фабрику клонов, выпускающую двойников. Цитирую«Люди скоро поймут, что на аркадных автоматах им предлагают одну и ту же игру про стрельбу по пришельцам или бег в лабиринте в обертках разных спрайтов» .

Но есть в темном царстве бесконечных заимствований и самоповторов луч света — текстовые квесты и Роберта Уильямс, как самый яркий представитель жанра. Журналистка явно оказалась поклонницей сюжетных приключений, так как предрекала играм превращение в интерактивное кино с глубокой драматургией. Умная женщина, умеет смотреть в завтрашний день, что могут не все. В числе прочих представителей «хороших игр» наши «40 тысяч способов» оказались упомянуты, наряду с Ультимой и Зорком.