И, как оказалось, чертовски не зря.

Девчонку я заметил чисто случайно. Точнее, сначала сквозь негромкую музыку я услышал громкий наезд какого-то придурка. Хотел пройти мимо – думал, пацаны отношения выясняют, да и чужие разборки меня никогда не волновали, – но краем глаза заметил женскую фигуру и остановился, вытаскивая наушники и присматриваясь издалека, не показалось ли мне.

Услышал имя «Диана» в его речи и понял, что там точно девчонка.

А этот ушлёпок Венчиков, которого я пару раз видел с ребятами с эконома, как я позже понял, мало того что орал на неё, как истеричка, так ещё и абьюзил её жёстко.

Часть их «диалога» я слышал, и когда девчонка выкрикнула «Отвали от меня!», а Венчиков что-то зашипел и крепче прижал её к стене, у меня внутри словно переключатель щелкнул: в моей картине мира девчонок обижали только трусы и слабаки.

Я вмешался в конфликт и... Пиздец, я пропал, попал и остальная прочая сопливая херня, которая описывает любовь с первого взгляда.

Потому что когда Диана из-за плеча Венчикова подняла на меня свои огромные, испуганные, но невероятно красивые глаза, в которых застыли слёзы бессилия, я моментально понял: никому не отдам. Моё. И этот придурок Венчиков пусть валит на все четыре стороны, пока я ему все зубы не выбил.

А когда я прижал её к своему боку и коснулся губами её волос, в нос ударил сумасшедший запах. Никакой приторной химозы, которой заливаются клубные девки: от неё пахло ромашкой и чем-то таким сладким, словно зефир, от чего у меня на секунду аж дыхание перехватило.

На паре я откровенно развлекался, наблюдая, как она краснеет от каждого моего движения. Её кожа под моими пальцами оказалась нежной, как шёлк, а то, как она шумно втягивала воздух, стоило мне задеть её плечом, заводило сильнее любой мысли о сексе.

В задумчивости над событиями всего этого дня я довёз Диану до общаги.

– Завтра перед парами заеду за тобой, будь готова к восьми, Селезнёва, – проинструктировал её я, когда она выходила из машины. – И надевай из одежды то, что нравится тебе, хорошо?

– Хорошо. Спасибо тебе, Руслан, – отозвалась она, а я завис, прожигая её взглядом, потому что то, как она произнесла моё имя своим нежным голосом отпечаталось у меня в голове, кажется, навсегда, а в штанах мгновенно стало очень тесно.

Блять, хочу чтобы она каждый день произносила моё имя, а я бы так и плавился, как дурак, от её милого голоса.

Пока я был в таком зависшем состоянии, как робот следуя взглядом за ней, Селезнёва обошла машину и, помахав мне рукой, пошла к ступенькам общаги. И я засмотрелся на её стройные ноги, изгибы бёдер и шикарную попу, которая словно была создана для того, чтобы быть обтянутой в самые подчёркиващие эту сочную фигуру юбки и платья.