– кавалерии не развернуться, артиллерию на прямой выстрел не подтянуть. Хорошо решил устроиться Жубер, разумен, ничего не скажешь. Он склонился над картой, водя пальцем по извилинам рельефа. – Вот, глядите, господа – это Нови. Вот Пастурано слева, а Серравалле справа. Французы встанут на этих высотах. Лобовая атака – самоубийство. Значит, будем брать хитростью. Генерал Край, – он резко повернулся к австрийцу, – ваши войска атакуют левый фланг неприятеля у Пастурано. Бейте крепко, чтобы Жубер подумал, что мы именно там главный удар наносим. Пусть стягивает туда все свои резервы. А мы, – он обвёл взглядом русских генералов, – мы ударим в центр, по Нови, где он не ждёт, уверенный в своей позиции. Багратион, Егоров, Милорадович, Дерфельден – вам, господа, приказываю идти уступом – косым боевым порядком, атаковать не только неприятельский центр, но и быть готовыми в случае надобности прикрыть оба наших фланга. Багратион кивнул, сжав эфес сабли. Милорадович переглянулся с Егоровым – в глазах у обоих был знакомый азарт. – Войскам выступать на рассвете ускоренным маршем, – закончил постановку задачи Суворов. – Всё, господа, по местам. Время не ждёт. Помните: победа не тем достаётся, кто многочисленней, а тем, кто упорней и злее. Мы – упорные! Победа за нами! Когда генералы выходили из избы, Егоров на мгновение задержался рядом с Багратионом. – Ну что, Алексей Петрович, – тихо спросил князь, – готов в пекло идти? – Всегда готов, – с улыбкой ответил Егоров. – Ты, Пётр Иванович, прямо в центре будешь. Гляди там, не горячись раньше времени. Не лезь на рожон. Дай моим стрелкам дорогу расчистить. – «На рожон не лезь» – это ты мне говоришь? – усмехнулся Багратион. – А кто под Измаилом на стену первый полез? Кто у Праги впереди всех был и к мосту через Вислу прорвался? – То было тогда, – Егоров положил руку ему на плечо. – Теперь у нас у каждого свой полк, люди. Береги себя, князь. И людей береги. Впереди ещё столько дел. Чую я, с французом заваруха только-только начинается. – Может быть, – пожав плечами, произнёс Пётр Иванович. – Будем живы, генерал. До встречи после боя. Утром 4 августа, едва рассвет окрасил небо в розовый цвет, полк Егорова вместе с авангардом Багратиона уже двигался по дороге к Нови. Шли быстро, почти бежали, но жара навалилась уже с самого утра, выжимая пот и силы. К десяти часам впереди показались высоты, на которых расположились французы. Сам город белел на вершине холма, окружённый виноградниками и каменными террасами. Подступы к нему были открыты,