Скосив глаза на Светлану, улыбнулся. Она читала книгу, полностью погрузившись в сюжет. Быстро перелистывала страницу, спеша прочесть следующую — торопилась узнать историю прекрасной певицы и влюбленного в нее Андзолето.
— Ну как можно завидовать той, кого любишь⁈ — воскликнула Светлана, осуждая возлюбленного прекрасной Консуэло.
Валентина Ивановна не оставила возглас без внимания, внесла свои пять копеек:
— Я вот недавно прочла книгу «На краю Оймякона».
— Может, «На краю Ойкумены»? Ефремова? — поправил ее.
— Нет, именно Оймякона. Там история комсомолки, учительницы, которая поехала за Амур, нести советскую власть непросвещенным нанайцам.
— Сомневаюсь, что нанайцы живут на Оймяконе. Скорее, якуты. Вообще на Оймяконе находится полюс холода.
— Вот только не надо географии, когда мы говорим о высоком! — возмутилась Валентина Ивановна. — Девушка-комсомолка смогла переломить устаревший уклад жизни, научила туземцев грамоте, русскому языку, приучила спать на простынях! И книга учит полной самоотдаче в борьбе за дело просвещения! Таким должен быть настоящий учитель.
Светлана не обращала на наш спор внимания, полностью погрузившись в книгу. А мне доставляло удовольствие поддразнивать тещу.
— Так в чем дело? Давайте и вас отправим на полюс холода. Будете учить якутских девочек борьбе нанайских мальчиков.
— Вот, Володя, чувствую, что ты опять меня оскорбил. Но на что конкретно обижаться — не могу понять, — теща сердито взглянула на меня и быстрее застучала спицами.
Незаметно дело подошло к ночи. Валентина Ивановна решительно выключила телевизор и скомандовала отбой. Девочки немного покапризничали, но было видно, что уже клюют носами. Скоро в квартире был слышен только храп Валентины Ивановны в зале и шелест страниц у нас в спальне. Светлана все никак не могла оторваться от книги.
Я тоже не мог уснуть, лежал и думал, как пройдет встреча с родителями Медведева. Заподозрят ли они подмену или же мне удастся сыграть эту роль?
Утром проснулся рано. Наскоро позавтракал, выпил две чашки кофе. Валентина Ивановна поднялась следом за мной, сунула в руки большую сумку — с едой на дорогу. По весу килограммов десять.
— Валентина Ивановна, мне ехать два часа, а вы собрали столько еды! Я же не во Владивосток поездом еду.
— Ничего не знаю! Не хватало еще, чтоб голодный остался. Что тогда родственники о твоей теще подумают? — отрезала Валентина Ивановна. — И говори тише, девочек разбудишь.
— Что за шум, а драки нет? — в кухню вошла Светлана. — Хотел уехать, не простившись?
— Свет, просто не хотел тебя будить, — я обнял жену, — тебе же на работу сегодня.